Философия, политика, искусство, просвещение

1. <Женева. 26 января 1915 г.>

Машинописная копия. Оригинал — машинопись с автографической подписью.

Датируется на основании почтового штемпеля. Приведено полностью: Journal, 241–242.

Cher Maître,

Je suis votre ami inconnu, votre admirateur, même collaborateur. Dans les modestes mesures de mes forces j’accomplis une tâche voisine par ses tendances à la vôtre, et c’est pour cela que j’ai essayé par de nombreux articles de servir à répandre votre gloire en Russie 1

La gloire de tel ou tel écrivain, fût-il des plus grands, m’est indifférente en soi. Mais je reconnais en vous un «maître de vivre» comme on dit en Russie. Je suis d’accord en ceci avec un de mes amis les plus chers — le fondateur de «La Voce» — Guiseppe Prezzolini, que vous connaissez bien.2

Je suis heureux, heureux au sens strict du mot, que vous, celui en qui j’espérais toujours le plus, avez conservé votre belle sagesse au milieu de l’orgie nationaliste dont nous sommes entourés.

Ma première pensée était de traduire vos trois articles parus dans le «Journal de Genève» et de les publier en Russie. Mais un scrupule m’a arrêté. Je devrais éliminer le passage sur «l’autre aigle rapace», le moscovite. Cette élimination, comme vous le sentirez bien, eut donné une autre valeur à presque toutes vos pensées qui intéresseraient les lecteurs russes.3

J’ai communiqué mes doutes au sympathique rédacteur de «Kievskaia mysl»,4 notre «Dépêche de Toulouse»5 à peu près (Kiev est une Toulouse d’à peu près 700 000 habitants), et il m’a répondu:

«Allez immédiatement à Genève. Tâchez de causer avec Romain Rolland, de lui faire comprendre les limites que nous impose la censure et de donner à ses idées dans toute leur largeur humaine un tour acceptable pour notre «légalité», sans nuire à la hauteur de ses leçons à l’humanité».

Je suis venu pour cela, cher Maître. Je ne suis aucunement «un journaliste» typique. Je suis auteur d’une œuvre en deux volumes «Socialisme et Religion», de plusieurs volumes d’études philosophiques et critiques, de plusieurs drames et contes.6 Conservant toute ma modestie, mais pour vous informer simplement, je puis dire, qu’en tout cas, je suis connu en Russie comme un écrivain socialiste de quelque marque. Personne ne pourrait le contester.

Je tiens beaucoup à cette conversation projetée et j’espère que vous ne me la refuserez pas.

Anatole Lounatcharsky

11, rue Roli

Paris

Перевод

Дорогой Мэтр,

я ваш незнакомый друг, ваш почитатель, поклонник, даже сотрудник. В пределах своих скромных сил я служу делу, которое по своим задачам близко вашему, именно поэтому в многочисленных статьях я старался способствовать распространению вашей известности в России.1

Сама по себе слава того или иного писателя, как бы велик он ни был, оставляет меня равнодушным. Но вас я считаю «учителем жизни», как говорят в России. В этом я согласен с одним из самых дорогих моих друзей — основателем «La Voce» — Джузеппе Преццолини, которого вы хорошо знаете.2

Я счастлив, в буквальном смысле слова счастлив, что вы, в которого я всегда больше всего верил, сохранили свою прекрасную мудрость среди окружающего нас разгула национализма.

Моей первой мыслью было перевести три ваших статьи, появившиеся в «Journal de Geneve», и напечатать их в России. Но меня остановило одно опасение. Я должен был бы пропустить то место, где говорится о «другом хищном орле» — московском. Этот пропуск, как вам и самому будет вполне понятно, придал бы другой смысл почти всем вашим мыслям, интересным для русского читателя.3

Я поделился своими сомнениями с симпатичным редактором "Киевской мысли"4 — в некотором роде нашей «Depeche de Toulouse»5 (Киев это Тулуза, примерно с 700 000 жителей) — и он мне ответил:

«Поезжайте сейчас же в Женеву. Постарайтесь поговорить с Роменом Ролланом, объясните ему, насколько мы стеснены цензурой, и попросите его изложить свои мысли во всей их гуманной широте, но в форме, приемлемой для нашей «легальности», и так, чтобы при этом величие его наставлений человечеству не было умалено».

Для этого я и приехал, дорогой Мэтр. Я отнюдь не рядовой «журналист». Я автор двухтомного труда «Социализм и религия», нескольких томов философских и критических статей, нескольких драм и рассказов.6 Не желая показаться нескромным, просто для сведения скажу вам, что в России я во всяком случае пользуюсь некоторой известностью как писатель–социалист. Этого никто не мог бы оспорить.

Я многого жду от задуманной беседы с вами и надеюсь, что вы мне в ней не откажете.

Анатолий Луначарский


На визитной карточке, приложенной к письму:

Monsieur!

Je reviendrai à Genève le 29 matin, j’y resterai 2 jours. J’espère trouver à la rédaction un mot de vous, m’indiquant l’heure et le lieu de la rencontre tant désirée par moi.7

Перевод

Г–н Роллан!

Я вернусь в Женеву 29 утром и останусь здесь два дня. Надеюсь найти в редакции вашу записку с указанием часа и места нашей встречи, столь для меня желанной.7


Машинописная копия с автографа. Визитная карточка с печатным текстом:

Anatole Lounatcharsky, correspondant des journaux «Den» (Petrograd), «Kijevskaya mysl» (Kiev) et des revues «Teatr i Iskousstvo» et «Sovremennik» (Petrograd)

11 rue Roli Paris.

Перевод

<Анатолий Луначарский, корреспондент газет «День» (Петроград), «Киевская мысль» (Киев) и журналов «Театр и искусство» и «Современник» (Петроград)

Улица Роли 11, Париж>.


  1.  Луначарский писал до этого времени о Роллане в статьях «Французская драма в наши дни» («Новый журнал для всех», 1912, № 3), «Ромен Роллан» («День», 1912, № 84, 25 декабря — см. V, 258–266), «Галеви о Роллане» («Киевская мысль», 1913, № 33. 2 февраля).
  2.  Итальянский писатель и литературный критик Джузеппе Преццолини (р. 1882), основатель и редактор флорентинского журнала «La Voce» (1908–1916), являлся горячим пропагандистом творчества Роллана в Италии. В статье «Ромен Роллан» Луначарский сочувственно цитирует восторженную оценку, которую Преццолини дал роману «Жан–Кристоф» в журнале «Rossegna contemporanea» (см. V, 258). Роллан поддерживал с Преццолини дружеские отношения и сотрудничал в «La Voce». Однако в дневнике Роллана мы встречаем ряд возмущенных высказываний о шовинистической позиции, занятой Преццолини в начале войны (см. Journal, 56, 365). Переписка Роллана с Преццолини опубликована в издании «Cahiers Romain Rolland»: Cahier 16. Romain Rolland et le mouvement de la Voce. Paris, A. Michel, 1966.
  3.  В швейцарской газете «Journal de Geneve» в течение второй половины 1914 г. был напечатан ряд статей Роллана. Луначарский, вероятно, имеет в виду статьи «Над схваткой», «Inter arma Caritas» («Милосердие среди войны») и «Кумиры», опубликованные в номерах 22 и 23 сентября (приложение), 4 и 5 ноября (приложение) и 10 декабря 1914 г.

    В первой из них Роллан писал:

    «У наших западных народов не было никакого основания для войны <…> Но кто послал на них эти бедствия? <…> Кто, как не их государства и прежде всего (так я думаю) три великие виновника, три хищных орла, трй империи — изворотливая, лукавая политика Австрийского дома, всепожирающии царизм и грубая Пруссия»

    (Ромен Роллан. Собрание сочинений, т. XVIII. Л., изд–во «Время», 1935, стр. 26).

    В дневниковой записи от 29 января 1915 г. Роллан отметил:

    «Луначарский отказался от мысли опубликовать мои статьи по–русски из–за неизбежных изъятий, которые в них сделала бы цензура; но он хочет изложить мои взгляды в форме интервью»

    (Journal, 242).

  4.  «Киевская мысль» — ежедневная либеральная газета, выходившая с 30 декабря 1906 г. до января 1918 г. Луначарский сотрудничал в этой газете в 1909–1915 гг. Газету подписывал в качестве официального редактора корректор И. И. Тарнавский. Фактическим же редактором был М. И. Эйшискин. О нем и идет здесь речь.
  5.  Издававшаяся в Тулузе «Depeche de Toulouse» была одной из наиболее распространенных французских провинциальных газет.
  6.  См. примечания 27–29 и 32–34 к «Автобиографической заметке» Луначарского (см. стр. 555–556 настоящ. тома). Из произведений Луначарского–драматурга к тому времени были напечатаны «Королевский брадобрей» (1906), «Пять фарсов для любителей» (1907) и пять небольших пьес, вошедших в сборник «Идеи в масках» (1912).
  7.  Первая встреча Роллана и Луначарского состоялась 29 января 1915 г. О происходившей между ними беседе, посвященной, в основном, политическим темам, Роллан сделал в своем дневнике пространную запись, начинающуюся словами: «Визит Анатолия Луначарского. Он произвел на меня впечатление человека искреннего, умного, лишенного иллюзий» (Journal, 242). О своем посещении французского писателя Луначарский рассказал в статье «У Ромена Роллана» («Киевская мысль», 1915, № 72, 13 марта, и № 73, 14 марта). См. также об этой встрече в лекции Луначарского «Современная литература на Западе» (стр. 331–332 настоящ. тома).
Впервые опубликовано:
Публикуется по редакции

Автор:

Адресат: Роллан Р.



Поделиться статьёй с друзьями:
comments powered by Disqus