БОЛЬШАЯ СОВЕТСКАЯ ЭНЦИКЛОПЕДИЯ

Оглавление

  1. 1 1
  2. 2 2
  3. 3 3
  4. 4 4
  5. 5 5

В Большой советской энциклопедии Луначарский сотрудничал восемь лет, с 1925 г. (работа над словником и подготовка первого тома БСЭ к печати) и вплоть до лета 1933 г. Он был и автором ряда статей «Газенклевер», «Гаузенштейн», («Горький», «Достоевский», «Шекспир» и др.), и ответственным редактором Отдела литературы, искусства и языка.

Сохранилась лишь небольшая часть переписки Луначарского с редакцией БСЭ. Об этом позволяют судить имеющиеся в архивах письма секретарей отдела ЛИЯ БСЭ и других сотрудников энциклопедии Луначарскому с сообщениями о дальнейшей судьбе присланных ему для просмотра и полученных с его замечаниями статей.

Луначарский сотрудничал также и в Малой советской энциклопедии. Для ее первого издания он в 1931—1932 гг. написал несколько статей (большей частью опубликованных без подписи или оставшихся неопубликованными): «Чехов», «Чайковский», «Шопен», «Шуберт», «Шуман» и др.) Помимо этого он являлся редактором двух отделов МСЭ: а) музыки, театра, кино и изобразительного искусства; б) иностранной литературы.

ПИСЬМА В РЕДАКЦИЮ БОЛЬШОЙ СОВЕТСКОЙ ЭНЦИКЛОПЕДИИ

1

Машинописная копия. ЦПА ИМЛ, ф. 142, оп. 1, ед. хр. 458, л. 7—7 об.

29 марта 1929 г.

Уважаемые товарищи, прошу простить меня, что я так долго не откликался на ваше письмо и присланный мне материал по Гёте. Только сейчас я имею возможность дать вам в этом отношении некоторый отзыв.

Я совершенно согласен с той характеристикой, которая дана в письме к главному редактору относительно статьи Беньямина.1 Действительно, эта статья никак не пригодна по «неэнциклопедичности» своей. Она очень талантливая и дает иногда удивительно меткие замечания, но она не приходит ни к какому выводу и ни капли не уясняет места Гёте ни в истории европейской культуры, ни для нас в нашем, так сказать, культурном пантеоне, и в то же время она местами чрезвычайно спорна.

Не знаю, захотите ли вы ею воспользоваться, но на всякий случай делаю некоторые частные замечания. Следует выпустить то, что находится в скобках на третьей–четвертой страницах. Нельзя допустить выражения на 5–й странице: «Немецкие революционеры не были просвещенцами, немецкие просветители не были революционерами». Это неправильнейшее положение опровергается самим автором позднее, где он говорит о выдержанной классовой точке зрения Лессинга, который, конечно, был просвещенцем (вернее,просветителем). На той же странице формула против всякого переворота и против государства полна неясностей, и ни в какой мере не отмечена глубокая причина антипатии Гёте к материалистическому миросозерцанию Гольбаха. На стр. 6–й между тем изложено отрицание того, что протест Гёте в значительной мере исходил из присущего ему яркого чувства жизни в природе, чувства весьма родственного диалектическому воззрению на материю. На стр. 8–й приведенное в скобках следует выпустить, равным образом и на стр. 19–й; попутно в разных местах мною сделаны поправки описок и ошибок. Приведенная в скобках на стр. 59 мысль крайне неясна. Вряд ли можно согласиться с суждением автора на стр. 2–й второй серии, что разговоры Гёте с Эккерманом являются одним из лучших произведений XIX века. На 6–й странице имеется какой–то пропуск переводчика, который нужно восстановить.

В общем, повторяю, не советую печатать статью Беньямина.

Еще менее подходящей является статья Оскара Вальцеля.2 Вообще до чрезвычайности трудно охватить трудную и многообразную жизнь Гёте так, чтобы, отдавая должную дань всей ее многогранности, постепенным наслоениям и даже противоречиям, вместе с тем дать почувствовать то глубокое единство, которое лежит в Гёте, в его жизни, в поэтических и научных произведениях и т. д. Несмотря на то, что Вальцель полагает, что он продолжает даже в этой статье дело Гундольфа,3 как бы исправляя его, — на самом деле получилось не только нечто для марксистской энциклопедии идеологически неприемлемое, но вообще крайне разрозненное.

Неутешительно.

Помочь ничем не могу. «Литературная энциклопедия» хотела поручить статью о Гёте мне, и я имел слабость согласиться на это, но в настоящее время пришел к выводу, что при моей перегруженности браться за столь ответственное дело было бы просто недобросовестно.4

Кстати, приложенный к статье Вальцеля библиографический указатель несомненно ценен и, вероятно, может быть с успехом использован.

Нарком по просвещению

<А. Луначарский>


1 Вальтер Бенъямин (1892—1940) — немецкий писатель и литературный критик.

2 О Вальцеле см. примеч. на стр. 113.

3 Фридрих Гундольф (псевдоним Гундельфингера; 1880—1931) — немецкий историк литературы. Работая над вступительной статьей к собранию сочинений Гёте в тринадцати томах, Луначарский использовал капитальную монографию Гундольфа о творчестве Гёте (1916).

4 В 16–м томе БСЭ (1929) статья о Гёте состоит из нескольких частей, авторами которых являются: В. Беньямин, В. К. Иков, Б. И. Пуришев, В. П. Зубов, С. Л. Соболь, А. А.Тумерман. Для «Литературной энциклопедии» (т. 2, М., 1930) статью о Гёте написал Б. И. Пуришев.


2
О. Ю. ШМИДТУ

Машинописная копия. ЦПА ИМЛ, ф. 142, оп. 1, ед. хр. 458, л. 8—8 об.

Отто Юльевич Шмидт (1891—1956) — советский ученый и общественный деятель, академик (с 1935 г.), был одним из основателей и главным редактором Большой советской энциклопедии (1924—1941).

18 апреля 1929 г.

Дорогой Отто Юльевич,

посылаю вам статьи о Гамане 1 и Гаузенштейне.2 Ни там, ни здесь я не составил библиографии. Мне кажется, что я уже говорил вам, что при всех моих статьях библиография составляется кем–нибудь другим, так как это дело чисто техническое, а для меня это очень затруднительно. Я не знаю, будете ли вы удовлетворены моими статьями? Во всяком случае и для Гамана и для Гаузенштейна я шел по одному и тому же пути, указывая их место в общем культурном потоке. Гамана я взял, главным образом, как оригинальную фигуру, характеризующую собою ту раннюю романтику, из которой потом развернулся Гегель и т. д., Гаузенштейна — как интереснейшего теоретика–марксиста или полумарксиста, который зашел в известный тупик, чрезвычайно ярко характеризуя тем самым состояние нынешней передовой мысли в Европе. У Гамана, если бы у меня было больше времени и если бы это было нужно, я мог бы больше развернуть то, что относится непосредственно к его жизни. У Гаузенштейна я никак не мог этого сделать, так как не только факты его биографии мне неизвестны, но даже я не знаю года его рождения. Думаю, что к моей статье надо было бы прибавить именно год его рождения, а может быть и два–три биографических факта, т. е. где родился, где живет, где профессорствует и т. д. Во всяком случае я сделал всё, что мог, страшно стиснутый временем. Кстати, Гаузенштейна я излагаю почти исключительно его цитатами. Мне кажется, что это неплохо. Сделать это мне удалось потому, что у меня есть довольно большая работа о Гаузенштейне, где его взгляды были суммированы. Критике воззрений Гаузенштейна я уделяю, конечно, минимальное место.

Нарком по просвещению

<А. Луначарский>


1 Иоганн Георг Гамак (1730—1788) — немецкий философ–идеалист, критик, писатель. Статья Луначарского о нем появилась в БСЭ, т. 14, без подписи автора.

2 Вильгельм Гаузенштейн (псевдоним Иоганна Армбрустера; 1882—1957) — немецкий искусствовед. Статьи Луначарского о нем были напечатаны в сборнике «Искусство и революция», 1924 (см. VII, 372—400) и в БСЭ, т. 14, 1929.


3

Машинописная копия. ЦПА ИМЛ, ф. 142, оп. 1, ед. хр. 458, лл. 64—66.

Письмо датируется на основе двух имеющихся в архиве писем редакции БСЭ Луначарскому: с предложением принять участие в совещании по статье «Эпос» (дата письма 25 марта 1933 г.) и с сообщением, что письмо Луначарского об «Эпосе» получено (5 апреля 1933 г.).

<Между 25 марта и 5 апреля 1933 г.>

Дорогие товарищи, к великому моему сожалению, состояние здоровья не позволяет мне, как бы я ни хотел этого, лично присутствовать на обсуждении такой интересной темы, как «Эпос».

Однако я тотчас же по получении и самым внимательным образом прочел статью т. Асмуса 1 и, согласно вашему предложению, хочу принять участие в дискуссии, хотя бы посредством письма. Я мог бы сделать несколько частных замечаний, но я вовсе воздерживаюсь от этого ввиду того, что меня не удовлетворяет построение статьи в целом. Не удовлетворяет меня то, что дает эта статья, — ибо она дает далеко не всё, что обязана дать БСЭ на тему «Эпос». Оговорюсь: может быть, такой объем и такая конструкция были предуказаны автору редакцией? — Однако все равно я не могу согласиться с такой установкой.

Статья т. Асмуса представляет собой, на мой взгляд, едва ли треть статьи об эпосе — а именно очерк истории учений о нем.

Сам т. Асмус пишет (последняя гранка): «Учение о поэтических родах может быть только марксистской их историей, т. е. научным объяснением их возникновения, — развития и тенденции к дальнейшему движению». Это безусловно так, но этого–то совершенно нет в статье т. Асмуса. БСЭ обязана на основе имеющихся у нас положений классиков марксизма–ленинизма дать определение эпоса (не метафизически жесткое, а социологически четкое), дать наш собственный ответ на вопрос о возникновении эпоса и его развитии, кратко охарактеризовать величайшие эпические поэмы Востока, античного мира, средневековья, нового времени, попытки эпического творчества нашего времени и ответить на вопрос, очень ярко поставленный Марксом (известная цитата о «Генриаде»2): возможно ли вообще воскрешение эпоса.

Во–вторых, я совершенно согласен с автором как в том, что «нельзя установить твердые границы между отдельными поэтическими родами», так и в том, что «нельзя выбрасывать за борт поэтики все определения». А поэтому надо было с совершенной точностью поставить вопрос об отношении эпоса и романа. В самом деле, если правильно определение, которое дает в самом начале автор, что эпос есть вся поэзия минус лирика и драма, значит,роман — эпос. Было бы наивно прятаться за то, что роман есть проза, ибо мировая литература обладает целой серией блестящих романов в стихах. Если произведения, подобные «Дон Жуану» и «Евгению Онегину», не говоря уже о прозаических романах, — эпос, тогда пришлось бы включить возникновение и развитие романа в статью. Если же роман надо рассматривать отдельно, то нужно объяснить — почему. В конце статьи имеется попытка изложить «марксистскую теорию эпоса». Но это только несколько цитат, превосходнейших цитат, лишь слегка задевающих эпос и посвященных вопросам искусства вообще. Никакой готовой теории эпоса в словах Маркса нет. Может быть, он сам и обладал такой теорией,, но не изложил ее. Надо ежеминутно помнить как то, что мы должны самым пристальным образом считаться с великими указаниями наших классиков, так и слова Ленина, что мы еще не имеем готовой истины, а должны ее строить. В том–то и заключается трудность таких словарей, как БСЭ и «Литературная энциклопедия», что они обязаны давать марксистскую теорию (в данном случае эпоса) на базе самостоятельного, главным образом, коллективного усилия мысли.

Автор в самом конце статьи говорит, что марксистская теория отбрасывает то или другое, не может остановиться на том–то и том–то, но оставляет читателя совершенно неудовлетворенным, ибо не дает никакого цельного представления о том, что такое конкретное, значительнейшее историко–культурное явление «эпос», а дает перечень мнений об эпосе, среди которых фигурирует и мнение Маркса, лишь косвенно задевающее эпос.

Я не хочу касаться отдельных фраз, которые кажутся мне неудачными. Это мы сможем сделать позднее, когда, я надеюсь, нынешняя статья об эпосе займет в несколько сокращенном виде свое законное место третьей главы — «Очерк учений об эпосе».

Пользуюсь случаем, чтобы ответить и на запрос редакции о «Шекспире».3

Редакция переслала мне в общем удовлетворительный материал. Материал этот я думаю включить в статью полностью; он составит отдельную часть целого, конструкцию которого я продумал. Началом и главной частью статьи будет критический этюд о Шекспире. Социальный и эстетический, разумеется. По моей мысли, он займет около одного авторского листа (все остальное столько же). Материал для этой статьи мной прочитан и план составлен. К сожалению, я был в последнее время опять болен, пришлось отложить ряд по существу неотложных задач. Теперь они все скопились вместе. Всячески желая пойти навстречу редакции БСЭ, я прошу ее определить по–товарищески самый последний срок, к которому «Шекспир» должен быть доставлен.

<А. Луначарский>


1 Валентин Фердинандович Асмус (р. 1894) — советский философ и литературовед. Его статья «Эпос» напечатана в т. 64 БСЭ (1934).

2 «Генриада» — поэма Вольтера. В «Теории прибавочной стоимости» Маркс писал:

«… Капиталистическое производство враждебно известным отраслям духовного производства, например, искусству и поэзии. Не учитывая этого, можно прийти к иллюзии французов XVIII века, так хорошо высмеянной Лессингом. Так как в механике и т. д. мы ушли дальше древних, то почему бы нам не создать и свой эпос? И вот взамен „Илиады" появляется „Генриада"»

(К. Маркс и Ф. Энгельс. Сочинения, т. 26, ч. 1, стр. 280).

3 В это время Луначарский работал над своей статьей «Шекспир. Общая характеристика личности и творчества», вошедшей в коллективную статью о Шекспире (БСЭ, т. 62, вышел в том же 1933 г.). См. следующее письмо.


4

Машинописная копия. ЦПА ИМЛ, ф. 142, оп. 1, ед» хр.458, л. 36.

10 мая 1933 г.

Уважаемые товарищи,

хочу несколько подробнее договориться с вами и редакцией БСЭ о статье «Шекспир».

Прежде всего, у меня не хватает в материале, присланном вами для этой статьи, небольшой работы И. А. Аксенова «Литература о Шекспире». Мне кажется, что я вернул вам ее. Во всяком случае, у вас должна быть копия, каковую я и прошу мне прислать.

Самую статью я представляю себе так:

1. «Шекспир (биография)», напечатаем статью Аксенова. Однако я предлагаю ее несколько сократить. Пусть он сделает это сам. Можно сократить данные об отце и семье и другие такие же, в статье довольно подробно даваемые, но по существу для энциклопедии не столь важные сведения. Кроме того, я считаю необходимым вычеркнуть своеобразную и остроумную, но для словаря недостаточно объективную «теорию» автора о четырех главных произведениях Шекспира, как посвященных «стихиям» и т. п. В общем статья пойдет почти без изменений и составит едва ли не главную часть целого.

2. Далее пойдет моя статья «Шекспир (опыт общественной и художественно–идеологической характеристики)». Статью я пришлю вам дня через три–четыре.

3. «Литература о Шекспире» Аксенова.

4. «Влияние Шекспира на мировую литературу».

5. «Влияние Шекспира на русскую литературу» или, вернее, отражение Шекспира в русской художественной и литературно–критической стихии. Конечно, только самое главное. Эта статья еще не написана, нужно ее поручить кому–нибудь.

6. «Шекспир в международном театре».

7. «Шекспир на русской сцене».

Когда все будет представлено, постараемся более или менее уложиться в указанные рамки

С приветом

<А. Луначарский>


1 В томе 62 БСЭ (1933 г.) статья о Шекспире состоит из следующих частей: 1. Биографический очерк (И. Аксенов); 2. Вопрос авторства (И. Аксенов); 3. История текста Шекспира (В. Мюллер); 4. Общая характеристика личности и творчества Шекспира (А. Луначарский); 5. Драмы Шекспира (С. Динамов); 6. Шекспир в театре (А. Гвоздев). Статья завершается обширной библиографией.


5

Машинописная копия. ЦПА ИМЛ, ф. 142, оп. 1, ед. хр. 458, лл. 62—63.

<1933 г.>

Дорогие товарищи,

я все еще не могу принять личного участия в дискуссии по поводу присланного мне вами интересного материала по теме «Эстетика».

Посылаю мой довольно обстоятельный отзыв об этом материале.

Вариант первый

Часть первая. История эстетики. По поводу этой части я прежде всего должен сказать, что она изложена почти сплошь необычайно тяжелым и абстрактным языком. Я прекрасно понимаю, что кратко изложить, например, критику силы суждения Канта так, чтобы это было популярно, — очень трудно; однако энциклопедический словарь обязан держаться на известном уровне. Местами изложение автора трудно даже для привычного человека, а для малоискушенного может показаться прямо какой–то абракадаброй. Уж не знаю, как быть: переделывать слог — значит переделывать всё. Между тем, работа неплохая. Не согласился бы автор еще раз перечесть ее и постараться немножко облегчить изложение?

В связи с этим находится другой общий недостаток этой части: автор как будто сбивается на то, что история эстетики — это история университетских курсов о ней и специальных гандбухов* по ней. Конечно, я не утверждаю, что он всюду придерживается этой лжеакадемической линии, но все–таки на выделение эстетических взглядов из отдельных художественных школ и их вождей он чрезвычайно скуп, а «профессорам» уделяет, пожалуй, больше места, чем нужно.

* руководство (нем. Handbuch).

Отсюда досадный пробел. В Англии, например, после довольно подробного изложения сравнительно слабых эстетиков до Гетчесона 1 — оказывается, что больше никакой эстетики нет. Англичане дальше совершенно не упоминаются, или, вернее, один раз упоминаются имена Верка 2 и Юма. Спрашивается, почему они менее интересны, чем какой–нибудь Гом 3 или Гогарт?4 Далее, вовсе нет справки об интересной эстетической работе Грант Аллена, которая своеобразно резюмирует тенденции Гексли, Дарвина и Спенсера.5 Ни слова об английских романтиках, а между тем Кольридж и Карлейль представляют известный интерес. Еще менее простительно, что нет ни слова о новейших, прогремевших на весь мир теоретиках искусства: Моррисе, Рескине, Уайльде. Поистине англичане могли бы посетовать на то, что их эстетическую мысль обрезали в XVIII веке.

Нечто подобное видим мы и с Францией. От Дидро до Тэна ни одного имени, но разве можно обойти такой важный факт, как борьбу классиков с романтиками? Разве можно не сделать хотя бы маленькой вытяжки из Гюго, из Сент–Бева? Считаю большим упущением отсутствие хотя бы упоминания о Брюнетьере и полное игнорирование, в конце концов, наиболее нам близкого эстетика — позитивиста Шарля Гюйо.

Думается, что следовало бы сделать вытяжку относительно взглядов на искусство натуралистов: Флобера, Гонкуров и Золя. Упомянуть об эстетике декадентской и об эстетике футуристической, а также об эстетических домыслах нынешних сюрреалистов.

Что касается немцев, то здесь поражает отсутствие всякой попытки резюмировать хотя бы в нескольких общих положениях эстетику Гёте. Почему Шиллер есть, а Гёте нет? Одна уже переписка между ними есть огромная эстетическая ценность. В связи с этим укажу, что совершенно опущен голландский эстетик Гемстергейс,6 основную эстетическую идею которого Гёте одобрял, а вышеназванный Грант Аллен развернул.

Считаю также большим упущением отсутствие попытки резюмировать основные взгляды на искусство Ницше; его влияние в этой области в настоящее время совершенно несоизмеримо больше, чем влияние некоторых немецких эстетиков, которым внимание уделяется.

Но и в этой «университетской» эстетике есть огромный пробел: мы, в сущности, ничего не находим о современной эстетической науке. Таких мыслителей, как Дильтей 7 или Гильдебранд 8 и Вельфлин 9 можно было бы выделить, а об остальных по крайней мере сказать то, что они и сами иной раз говорят: именно о пестрой неразберихе в богатейшей по количеству современной немецкой литературе по эстетике и теории искусства.

Очень хвалю автора за то, что он дал обстоятельное изложение эстетики Чернышевского. Но можно ли совсем обходить книгу Толстого «Об искусстве»?

Мне казалось бы, что хотя бы некоторые из этих пропусков автор легко мог бы заполнить без чрезмерного увеличения своей статьи. Ведь в каждом случае дело идет о трех—десяти строчках.

Часть вторая. Об этой части, посвященной Плеханову, — ничего не скажу.

Часть третья. Эта часть радует меня. Она полна свежих мыслей л изложена гораздо яснее и привлекательнее. Автор правильно задался целью (хоть и смелой) — дать абрис марксистско–ленинской эстетики, которой, как известно, в систематическом виде еще не существует.

Я хотел бы только обратить внимание автора на несколько спорных мыслей: например, на гранке 87–й очень неуклюж второй абзац о «гениальных достижениях кисти Рембрандта». Во–первых, смешно звучит, что кисть Рембрандта усилила восприимчивость людей по сравнению с первобытным состоянием. Ведь и до Рембрандта люди уже не были первобытными. .Во–вторых, глубокая мысль Энгельса о том, что само производство, в частности художественное производство, развивает вкусы публики,10 изложена так, что она сбивается на мысль Уайльда, будто бы гений спонтанно открывает заурядным людям нечувствительные для них без него красоты природы. Этот абзац нужно переделать.

На гранке 89–й сказано, будто бы в XVII—XVIII веках «крестьянин и ремесленник не вводились как тематика ни в искусство, ни в литературу, ни в театр». Это совершенно неверно. Их вводили и до XVII века и в указанную эпоху, но как шутов, как тривиальное начало.

На 93–й гранке напрасно отождествлено понятие прекрасного и красивого. Венера Медицейская прекрасна и красива, а пьяный сатир прекрасен, но не красив. Мысль будет понятна автору, тем более что он сам на гранке 94–й говорит о «художественно прекрасном выражении отрицательных сторон действительности».

В общем, эта часть была бы совершенно хороша, если бы читателя не подстерегал сюрприз на последней, 101–й гранке, где мы читаем: «Не должно отождествлять эстетику, в частности марксистскую, с марксистской теорией искусства. Эстетика, во–первых, должна изучить и объяснить саму природу эстетического восприятия и т. д.; во–вторых, объяснить эстетическую природу искусства, развивать эстетические представления людей; в–третьих, объяснить различные формы противоречия между содержанием и формой искусства».

Вот тебе и на! Но ведь решительно всё, что писал автор, относится именно к теории искусства. Об этих трех задачах он нам решительно ничего не сказал. Что такое «сама природа эстетического восприятия»? Что такое «развитие эстетических представлений людей» и т. д.? На различных страницах читателю попадается несколько царапающее его выражение: эстетические категории, эстетические чувствования, но о них он ничего не знает.

Мы полагаем, что эстетика, теория и история искусства должны трактоваться вместе, как в величайшем до сих пор (хотя и ошибочном) труде по эстетике — в «Эстетике» Гегеля. Но если автор с этим не согласен, то под выражением «марксистско–ленинская эстетика» он должен был дать то, что он считает эстетикой, а не теорию искусства, которую он дал и о которой сам говорит, что это отнюдь не эстетика.

Я бы советовал попросту выбросить этот последний абзац.

Второй вариант

Второй вариант имеет некоторые внешние преимущества: он короче и довольно легко написан. Но зато он испещрен очень смелыми и спорными мыслями. Меня особенно смущает введение; если бы вы остановились на этом варианте (против чего я возражаю), — то пришлось бы взвешивать каждую фразу и все вместе. Историческая часть несколько полнее, в ней есть кое–что из того, что я отметил как упущенное в первом варианте. Коротенький хвост, который всё замыкает, конечно, не может заменить собой третьей части первого варианта.

Мои предложения: исходить из первого варианта. Первую часть пополнить и вместе с тем несколько сократить и облегчить. Вторую (о Плеханове) тоже, если можно, несколько сократить. В третьей сделать некоторые поправки и выбросить конец.11

С товарищеским приветом

<А. Луначарский>


1 Френсис Гетчесон (Хетчесон; 1694—1747) — шотландский философ.

2 Эдмунд Бёрк (1729—1797) — английский политический деятель, публицист и философ–сенсуалист.

3 Генри Гом (Хом; 1676—1782) — английский юрист и философ.

4 Уильям Гогарт (Хогарт; 1697—1764) — английский художник–реалист и теоретик искусства, автор трактата «Анализ красоты» (1753).

5 Имеется в виду книга английского ученого и писателя Гранта Аллена (1848—1899) «Физиологическая эстетика» («Physiological Aesthetics»), вышедшая в 1877 г.

6 Франс Гемстергейс (1721—1790) — нидерландский философ, сочетавший в своем учении о познании и красоте сенсуализм и платонизм.

7 Вильгельм Дильтей (1834—1911) — немецкий философ, историк культуры.

8 Адольф Гилъдебранд (1847—1921) — немецкий искусствовед и скульптор, один из зачинателей формалистического направления в европейском искусствознании.

9 Генрих Вёльфлин (1864—1945) — швейцарский искусствовед, теоретик формализма.

10 Эту мысль высказал не Энгельс, а Маркс в своем «Введении (из экономических рукописей 1857—1858 гг.)». См.: К. Маркс и Ф. Энгельс. Сочинения, т. 12, стр. 718.

11 Статья «Эстетика», напечатанная, в томе 64 БСЭ (1934), состоит из трех глав: I. Очерк истории эстетики на Западе; II. Эстетика в России (включает особый раздел «Эстетика Плеханова»); III. Марксизм–ленинизм и вопросы эстетики. В редакционном примечании указывается: «В основу гл. I и начала гл. II легла статья В. Асмуса, дополненная рядом вставок из статьи Л. Зивельчинской». Автор раздела «Эстетика Плеханова» — О. Войтинская; главы III — Я. Секерская.

Comments