Философия, политика, искусство, просвещение

72. А. В. Луначарский — А. А. Луначарской

21 октября (3 ноября) [1917 г.]

Дорогая, ненаглядная Мышечка,

Горько нам с тобою живется.

Уж подлинно de profondis clameur* .

Время грозное. Просветов нет. Настроение близкое к героическому отчаянию.

Плоть немощна. Не моя. Я очень здоров, хоть и исхудал и разбился (впрочем, нос уже принял почти нормальный вид), но тело России. Истощилась она. Голод идет и разруха. Идут фатально. Вряд ли что–нибудь в состоянии остановить их. Быть может, левая демократия сделает героическое усилие одновременно социалистического и глубоко–патриотического характера, но, вероятно, погибнет на этом.

Все же, что касается духа — огонь не оборвется, когда провалится материальная основа.

Конференция прошла чудесно. Посылаю тебе вырезки: наиболее толковые отзывы о конференции. Завтра пришлю еще. Проделана большая работа и открываются богатые перспективы.

Ах, Кисочка, как хотелось бы жить и работать. Немало у меня сейчас участков, я, в сущности, центральная фигура культурно–социального мира в Петрограде. Подумай, менее ? года я здесь, и вот я уже председатель ЦК Пролетарских культурно–просветительных обществ и товарищ городского головы, заведующий всем культурно–просветительным отделом городского самоуправления. Оба поста я занимаю не без чести. Прибавь, что я еще непосредственно председатель Совета по заведованию городскими Народными домами.

Деточки мои, хочется жить и работать.

Художник Шафран кончает портрет. Он отдаст его мне, а для философского кружка сделает копию. Портрет недурен. Странно: я смеюсь и разговариваю, когда он меня пишет, а у него я выхожу пасмурным и каким–то душою отсутствующим. Так это и есть.

Я не боюсь тебя испугать: письмо придет через 30–40 дней. Если мы не увидимся — этот портрет будет кстати.

Милое, лучезарное, богатое счастье мое, богиня моя с маленьким ангелком, к тебе мои мечты, страстные, нежные, к тебе мои молитвы, надежды. Ах, судьба, дай мне, дай мне увидеть дорогих моих.

А может быть мир? Может быть! Не будем терять надежд. И не думай, что я распускаю нюни. Я держусь прочно на своем посту и не покину его ни в коем случае.

Целую много и долго Тото. Он продолжит меня, если моя жизнь оборвется сравнительно рано.

Благодаря тебе я много испытал счастья. Кое–что все–таки я сделать успел. Конечно, в будущем (е. ж. б.) сделать много больше можно.

И сколько еще счастья, если переживется гроза и вновь будем вместе tort les truis!**

Кланяйся Арамису и Ек. Ал.

Крепко целую вас.

Завтра напишу.

Твой Толя.

21/X.


РГАСПИ. Ф. 142. Оп. 1. Л. 132–133.

Автограф.

Опубликовано: «Вопросы истории КПСС». 1991. № 2. С. 43–44.

* Хоть криком кричи (фр.).

** Вопреки всему (фр.).

от

Автор:

Адресат: Луначарская А. А.


Поделиться статьёй с друзьями:
comments powered by Disqus