Философия, политика, искусство, просвещение

50. А. В. Луначарский — А. А. Луначарской

[10 (23) сентября 1917 г.]

Дорогая детка!

Видишь, как ловко и уверенно лгут буржуазные наемники! Даже ты подумала про бедного Каменева, что он провокатор!1 Между тем, все рассеялось, как пуф! Был однофамилец, да подлая работа охранки, пытавшейся перед смертью обрызгать кого можно своим зловонным ядом.

Для примера того, как я провожу свой день, приведу расписание сегодняшнего — заметь — воскресенья.

Сейчас 9?. Уже ждет автомобиль, который должен отвезти меня на митинг на трубочном заводе (20 000 рабочих), где соберется не менее 4–5 000 слушателей. (А я еще чай не пил).

В 11 часов в моем кабинете в Управе заседание культурно — просветительной комиссии при большевистской муниципальной фракции. В 12 — заседание группы большевистской городской муниципальной фракции. Оно затянется до 2 часов. Там будет маленькая передышка для обеда. В 4 часа осмотр Народного Дома, официальный, ибо я вступаю в мою новую должность — председателя Комиссии по заведованию городскими народными домами. В 7 часов частное совещание у сестер Менжинских о школьной городской реформе (выработка нашего большевистского проекта). В 9 часов (я опоздал уже, началось в 8) заседание Государственной комиссии по народному образованию, которой я член от Всероссийского Центрального бюро профессиональных союзов.

Слава богу, я здоров: всюду поспеваю и отовсюду выхожу с честью и пользой. Настроение хорошее, хотя положение России и революции остается критическим. Легко нам всем пропасть — до крайности. Зато и ставка велика, выигрыш (все–таки на вид огромный) — революция. Известие о немецком флоте нас несколько поддержало. Высадка на Эзеле* — скверная штука. Послать от революционной демократии намечали умного, хоть и до крайности оппортуниста — Церетели, намечали Мартова, а остановились на бревне Скобелеве.

Завтра в письме вышлю тебе мой проект создания городского культурно– просветительского совета.

Я теперь много работаю с моим «знаменитым» кузеном В. И. Чарнолусским. Мы хорошо с ним, хотя по партийной принадлежности он Н[ародный] С[оциалист].

Деточка, милая, меня торопят, а я хочу, чтобы письмо пошло сегодня, поэтому кончаю. Горячо, горячо вас целую.

Привет Н. С.[Кристи] и Е. А. [Могилевской]. Тото — открытка. Целуй нашего ангела.

Твой Тото–старший.


РГАСПИ. Ф. 142. Оп. 1. Д. 12. Л. 92–93

Автограф.

* Прежнее название острова Сааремаа Моонзундского архипелага.


  1. В августе 1917 г. ходили слухи о том, что Каменев был сотрудником Киевского охранного отделения. 10(23) августа 1917 г. в буржуазных газетах появилось это обвинение в виде сообщения министерства юстиции Временного правительства. ЦИК, членом которого являлся Каменев, была создана специальная комиссия по расследованию этого вопроса. 31 августа (13 сентября) в газете «Рабочий» № 9 президиумом ЦИК было опубликовано решение комиссии, реабилитирующее Каменева. Дело Каменева обсуждалось также на пленуме ЦК РСДРП 5 (18) августа и заседаниях ЦК 6(19) и 23 августа (5 сентября) 1917 г.
от

Автор:

Адресат: Луначарская А. А.


Поделиться статьёй с друзьями: