Философия, политика, искусство, просвещение

Женевские картинки. Репортаж с 7–й сессии Подготовительной комиссии (6 ноября — 9 декабря 1930 г.). I. Мыльный пузырь

После 18–месячного перерыва Подготовительная комиссия собралась на свою последнюю сессию, длившуюся с 6 ноября по 9 декабря 1930 г. На ней были представлены 27 стран.

Перед комиссией стояла задача подвести итоги работы шести сессий и подготовить проект конвенции для предстоящей конференции по разоружению. 5 декабря 1930 г. была принята конвенция, состоящая из 60 статей с… 49 оговорками. Согласно статье 50 государство, участвующее в конвенции, при наличии угрозы своей национальной безопасности могло по собственному усмотрению увеличить свои вооруженные силы, превысить нормы, установленные конвенцией. При таких оговорках, разумеется, не могло быть и речи о сокращении вооружений.

«Вечерняя Москва» № 268, 18 ноября 1930 г.

Советскую делегацию в Женеве никогда не встречали радушно. Известный полковник Обер имел обыкновение стоять у женевского порога и отпускать по адресу «нежеланных гостей» по их прибытии несколько грубостей.

Но на этот раз патриоты превзошли себя. Несколько швейцарских газет бестактнейшим образом предоставили этим господам свои столбцы для публикования гнуснейших ругательств по адресу делегации.

Наша делегация протестовала. Ведь она не к женевцам приехала в гости, а явилась по делу и по приглашению Лиги наций.

Серьезные люди были смущены этой безобразной выходкой. Французская газета «Information» резко указала, что такое обращение с членами комиссии, выполняющей наказ Лиги, граничит с полным неуважением к ней самой.

Газеты, напечатавшие ругательства, напечатали и эти суждения, неодобрительные для рассвирепевших женевских мещан.

Но весь инцидент показателен. Несомненно, в буржуазных кругах ненависть к нам возросла.

Побаиваются они нас и в связи с создавшейся ситуацией в области разоружения.

Напомним ее коротко.

Пять лет работает предварительная комиссия. Каков результат ее работы?

Жалкие обрывки формального (без цифр) проекта конвенции, который должен быть положен в основу работы грядущей конференции. Обрывки эти при первом чтении прошли при огромном количестве оговорок, которые лишают этот документ всякого значения.

На прошлой сессии в апреле — мае 1929 г. (она именуется первой половиной шестой сессии) во втором чтении прошел ряд отвратительных отказов от включения в проект конвенции самых важных пунктов; об отказе от химической войны, от бомбардировок с аэропланов, об обученных резервах, о военных материалах и т. д. Запрещено было даже говорить об «уменьшении» вооружений, а оставлен лишь термин «ограничение».

Недаром т. Литвинов сказал в заключительной речи, что комиссия, наконец, сдвинулась с места, но… не вперед, а назад!

Идя с быстротой черепахи, комиссия «натолкнулась» на полную несогласованность держав по морскому вопросу. Она отложила вторую половину сессии до успешного конца соответственных переговоров. Прождала 18 месяцев!.. И собралась вновь, стараясь сделать вид, будто морская конференция в Лондоне * дала какие–то результаты.

* Лондонская морская конференция проходила с 21 января по 22 апреля 1930 г. Ее участники — Англия, США, Япония, Франция и Италия — декларировали о своем стремлении добиться ограничения военно–морских вооружений. Однако вследствие серьезных разногласий между участниками общего согласованного решения на конференции принято не было —Прим. ред.

Хотя этого нет, и все вопросы торчат по–прежнему частоколом перед комиссией, но Лига предписала ей собраться и во что бы то ни стало кончить работу по подготовке конференции.

Положение пиковое: неопределенное и опасное.

Германия нервничает, а 6 миллионов голосов гитлеровцев пришпоривают ее. Италия и Франция — приказчики Гувера, которому хочеться иметь хоть маленький успех, чтобы скрасить мрачность своего положения. М–р Гибсон напрасно играл роль свахи между Тардье и Муссолини.

Да, нелегко! а все же нужно работать.

Общественное мнение злобно насмехается над Лигой, и дело, конечно, кончится мыльным пузырем, однако так, чтобы можно было празднично поздравить Друг друга и весь мир с победой над войной. Если б еще можно было работать в своей компании обманщиков, — а тут советская делегация, специалист — «разоблачитель» фокусов пустословия Литвинов.

В общем, царит почти всеобщий пессимизм по части сколько–нибудь ценных результатов нынешней последней сессии.

Особенно пессимистически настроены французы. «Как! — кричит их пресса, — от нас хотят дальнейшего разоружения? Да разве мы не уменьшили на 200 000 солдат нашу армию! (трюк, который в свое время будет разоблачен советской делегацией!). Да разве в Германии бешеные сторонники реванша не стали теперь у власти? Да разве Муссолини не требует пересмотра Версальского мира? Разве это не угроза войной?»

Однако наивен тот, кто поверит, что Франция действительно — девочка в красной шапочке, окруженная волками. Французский обыватель, может быть, искренне трусит, но французский делец (а он правит!) прежде всего хочет наживы. Сейчас в Париже идет дележ целых миллиардов, ассигнованных на новые крепости и т. п. «орудия безопасности». Столь многим хочется погреть руки у огня паники! И тут вдруг разоружаться! Нет, погодите!

Зато «Journal de Geneve», разыгрывающий роль официоза Лиги, печатает до странности оптимистическую статью, на которой стоит остановиться.

Как известно, Франция официально настаивает на своей формуле: сначала безопасность потом разоружение, a «Journal de Geneve», основываясь на жалких усилиях комитета по безопасности, решается писать:

«Очевидно, теперь мы ни от кого больше не услышим возражений против разоружения, основывающихся на якобы недостаточной безопасности».

Услышим, и еще как услышим!

Далее, по мнению впавшего в оптимистически–пацифистский угар «Журналь де Женев», между лордом Кешендуном и лордом Сесилем, имеющим за собой «рабочее» правительство, целая пропасть.

На словах может быть и будет разница, но в сущности…

Еще большую победу «разоружителей» видит газета в том, что будто бы Италия решительно перешла от скептицизма к радикальному пацифизму. Утверждение весьма мало вероятно. Женевская газета ждет даже соглашения Франции и Италии по вопросу о флотах.

Вообще, она вся полна надежд, «славы и добра». Все это, чтобы хоть немного, хоть вспышкой бенгальского огня скрасить мрачные перспективы, открывающиеся перед комиссией.

P. S. Мое письмо было уже окончено, когда появилась статья Лидо Кальки в «Пополо д'Италия». Она полна пессимизма, совершенно противополагаемого женевским надеждам, полна также жгучей ненавистью к Франции. Несколько цитат: «Шесть потерянных Лигой наций лет были шестью годами, использованными для вооружения».

«Надо было сразу приостановить все дальнейшие вооружения и стремиться не осложнять простой вопрос разоружения. Но подготовительная комиссия стала жертвой хитрейшей обструкции и саботажа».

«На 31–й год конференции нечего и ждать, а в 32–м Франция кончит свои вооружения и будет склонна мешать вооружиться другим слабейшим».

«Политика Франции, полная угроз и интриг, ведет к войне».

Вывод:

«Италия должна быть вооружена не хуже Франции».

Впервые опубликовано:
Публикуется по редакции

Автор:



Запись в библиографии № 3442:

Мыльный пузырь. (Письмо из Женевы. 1). — «Веч. Москва», 1930, 18 ноября, с. 2. Подпись: А. Л.

  • То же. — В кн.: Луначарский А. В. Статьи и речи по вопросам международной политики. М., 1959, с. 286–289. (Женев. картинки. Репортаж с 7–й сессии Подготовит. комис. (6 ноября — 9 дек. 1930 г.). 1).

Поделиться статьёй с друзьями: