Мануйлов о Луначарском

Из главы о Вячеславе Иванове // Мануйлов В. Записки счастливого человека. – Спб., 1999

Об авторе

Виктор Мануйлов

Вик­тор Ан­д­ро­ни­ко­вич Ма­нуй­лов (1903—1987) — со­вет­ский ли­те­ра­ту­ро­вед, ме­му­а­рист и сце­на­рист, про­фес­сор, док­тор фи­ло­ло­ги­че­ских на­ук.

Ма­нуй­лов ши­ро­ко из­ве­стен преж­де все­го как пуш­ки­нист и лер­мон­то­вед. Его 23-лет­ний труд уче­но­го-ис­сле­до­ва­те­ля твор­че­ства Лер­мон­то­ва за­вер­шил­ся в 1981 го­ду из­да­ни­ем «Лер­мон­тов­ской эн­цик­ло­пе­дии».

Ро­дил­ся 22 ав­гу­ста 1903 го­да в Но­во­чер­кас­ске в се­мье вра­ча.

В фев­ра­ле 1922 го­да был пе­ре­ве­ден по во­ен­ной служ­бе в Ба­ку, а в 1923 го­ду пе­ре­шел в по­лит­от­дел Кас­пий­ско­го во­ен­но­го фло­та в ка­че­стве пре­по­да­ва­те­ля шко­лы по­вы­шен­но­го ти­па для мо­ря­ков «Крас­ная звез­да». Од­но­вре­мен­но учил­ся в Ба­ку на ис­то­ри­ко-фи­ло­ло­ги­че­ском фа­куль­те­те Азер­бай­джан­ско­го уни­вер­си­те­та в Ба­ку. В уни­вер­си­те­те он слу­шал лек­ции и по­се­щал се­ми­на­ры Вя­че­сла­ва Ива­но­ва, М. О. Мак­ко­вель­ско­го, Л. А. Иш­ко­ва и дру­гих.

Успеш­но за­щи­тив ди­плом­ное со­чи­не­ние о по­э­ме Пуш­ки­на «Граф Ну­лин» и де­мо­би­ли­зо­вав­шись из Кас­пий­ско­го во­ен­но­го фло­та, осе­нью 1927 го­да Ма­нуй­лов пе­ре­ехал в Ле­нин­град. Здесь он зна­ко­мит­ся с Ан­ной Ах­ма­то­вой, ко­то­рая ре­ко­мен­до­ва­ла его в ка­че­стве по­мощ­ни­ка П. Е. Ще­го­ле­ву, из­вест­но­му ли­те­ра­ту­ро­ве­ду и ис­то­ри­ку ре­во­лю­ци­он­но­го дви­же­ния в Рос­сии. В 1928 го­ду Ще­го­лев при­влек Ма­нуй­ло­ва к под­го­тов­ка Пол­но­го со­бра­ния со­чи­не­ний Пуш­ки­на в ше­сти то­мах, ко­то­рый стал сек­ре­та­рем ре­дак­ции и за­ни­мал­ся не толь­ко ор­га­ни­за­ци­он­ной, но и тек­сто­ло­ги­че­ской ра­бо­той.

С 1931 по 1933 го­ды Вик­тор Ма­нуй­лов ра­бо­тал глав­ным биб­лио­те­ка­рем биб­лио­те­ки Ле­нин­град­ско­го уни­вер­си­те­та, про­дол­жая за­ня­тия по изу­че­нию на­сле­дия Пуш­ки­на и Лер­мон­то­ва. В 1934 го­ду под ру­ко­вод­ством Б. М. Эй­хен­ба­у­ма участ­во­вал в под­го­тов­ке для из­да­тель­ства «Academia» пя­ти­том­но­го из­да­ния со­чи­не­ний Лер­мон­то­ва. Бу­дучи од­ним из ру­ко­во­ди­те­лей Пуш­кин­ско­го об­ще­ства, в 1936 го­ду Ма­нуй­лов участ­во­вал в под­го­тов­ке из­да­ния к сто­ле­тию со дня смер­ти Пуш­ки­на.

В го­ды Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны Ма­нуй­лов был упол­но­мо­чен­ным Пре­зи­ди­у­ма Ака­де­мии на­ук СССР по Ин­сти­ту­ту рус­ской ли­те­ра­ту­ры (Пуш­кин­ский Дом) АН СССР и остал­ся в оса­жден­ном го­ро­де. Здесь же в де­каб­ре 1945 го­да он за­щи­тил кан­ди­дат­скую дис­сер­та­цию на те­му «Жизнь и твор­че­ство Лер­мон­то­ва. Дет­ство и от­ро­че­ство».

С 1958 го­да Ма­нуй­лов — член Пуш­кин­ской ко­мис­сии АН СССР. Па­рал­лель­но с на­уч­но-ис­сле­до­ва­тель­ской ра­бо­той он чи­тал кур­сы в Ле­нин­град­ском пе­да­го­ги­че­ском ин­сти­ту­те им. А. И. Гер­це­на (1943—1944), в Ле­нин­град­ском биб­лио­теч­ном ин­сти­ту­те им. Н. К. Круп­ской (1948—1957) и Ле­нин­град­ском уни­вер­си­те­те (1951—1977). В Ле­нин­град­ском уни­вер­си­те­те Ма­нуй­ло­вым бы­ла за­щи­ще­на док­тор­ская дис­сер­та­ция по со­во­куп­но­сти ра­бот о жиз­ни и твор­че­стве М. Ю. Лер­мон­то­ва (1967).

В мае 1924 года A. B. Луначарский пригласил В. И. Иванова приехать в Москву, чтобы принять участие в первых Всесоюзных Пушкинских торжествах по случаю 125-летия со дня рождения поэта. Вячеслав Иванович согласился и решил выступить с докладом «Пушкин в 1824 году». Уже тогда предполагалась его поездка в Италию. Это надо было обсудить при встрече с Луначарским и официально оформить.

И вот, в середине мая Вячеслав Иванович предложил мне ехать с ним в Москву; ехать не только для того, чтобы сопровождать его, но и попытаться с его помощью перевестись в Московский университет.

<...>

Вскоре после приезда в Москву состоялось свидание В. И. Иванова с A. B. Луначарским. Вячеслав Иванович пригласил меня сопровождать его, и мы отправились утром из Дома Ученых на Чистые Пруды, д. №6, где помещался тогда Наркомпрос.

Пока дошла очередь до Вячеслава Ивановича, я наблюдал в приемной у Луначарского любопытный эпизод. Среди посетителей обращал на себя внимание пожилой, высокий и худой, очень подвижный человек в сильно поношенном, но когда-то элегантном костюме. Он был возбужден и разговорчив. Выяснилось, что это учитель танцев из Вологды, у которого Луначарский жил в молодости, в дореволюционные годы, в ссылке. Луначарский, Толя, как его по старой привычке называл танцмейстер, сначала ухаживал за старшей дочерью маэстро — красавицей Рахилью, а затем за младшей, Розой. И вот теперь танцмейстер прочел в газетах, что нарком Луначарский озабочен судьбой балета Большого театра. И танцмейстер решил, что нужно срочно ехать «к Толе», чтобы помочь ему организовать и поднять советскую хореографию. Бедный учитель танцев думал, что его примут с распростертыми объятьями, как старого друга, «осыплют милостями и золотом». Но увы! Когда он выходил из приемной наркома, на лице его было написано разочарование. Выяснилось, что спасать русскую хореографию Луначарский намерен, не прибегая к его квалифицированной помощи.

Танцмейстер покинул приемную наркома, и В. И. Иванова пригласили в кабинет Луначарского. Тут, во время их разговора, я увидел, насколько Анатолий Васильевич уважал и, больше того, любил Вячеслава Ивановича. Луначарский был человеком необычайной широты интересов. В свое время он часто бывал по средам «на башне» у Вячеслава Иванова, спорил там с Н. Бердяевым, с Д. Мережковским, с В. В. Розановым.

И вот теперь, в 1924 году, возобновился разговор людей, хорошо знавших друг друга. Это не была беседа руководителя комиссариата просвещения с одним из деятелей культуры, это была непринужденная встреча добрых знакомых, конечно, не единомышленников, но людей, хорошо понимавших друг друга.

Хочу особо подчеркнуть, что В. И. Иванов не был эмигрантом, что он уехал в Италию по командировке наркома просвещения, довольно долго получал профессорское жалованье из бакинского университета и затем остался в Италии с ведома и разрешения Советского правительства.

6 июня 1924 года в Большом театре должен был состояться вечер, посвященный 125-летию со дня рождения Пушкина. В торжественной части вечера предполагались выступления П. Н. Сакулина, М. А. Цявловского и Вячеслава Иванова. Сакулин от имени ученых и организаторов вечера просил A. B. Луначарского открыть собрание, Луначарский долго отказывался, но потом согласился: «Я скажу краткое слово минут на пятнадцать. Что же я буду говорить о Пушкине, когда здесь присутствуют такие пушкинисты». Когда Луначарский с небольшим опозданием открыл многолюдное собрание и начал речь, он увлекся и проговорил более двух часов. После этого с кратким словом выступил П. Н. Сакулин. Вячеслав Иванов был в президиуме и произнес свою речь о Пушкине в 1824 году, особое внимание уделив анализу «Цыган». Концерт пришлось значительно сократить.

В перерыве перед концертом пили чай. Луначарский был несколько сконфужен, но все же приветливо беседовал с Вячеславом Ивановичем, П. Н. Сакулиным и М. А. Цявловским. Между прочим, шел разговор о делах Ясной Поляны, судьба которой тогда волновала Цявловского.

Comments