Философия, политика, искусство, просвещение

Предисловие [К книге П. Бессалько «Алмазы Востока»]

Впервые напечатано в книге: П. Бессалько, Алмазы Востока, издание Петроградского Совета рабочих и красноармейских депутатов, 1919. Печатается по тексту первой публикации.

Я беру в руки перо не для того, чтобы критиковать, — критики найдутся! Я не хочу затемнять веселой красоты и искристого блеска этих чисто пролетарских фантазий.

И не стану повторять здесь наши обычные споры о том, существует ли пролетарское искусство.

Пару дней тому назад Бальмонт еще раз повторил под аплодисменты интеллигенции: нет искусства пролетарского и буржуазного — искусство одно.1

Мысль — поверхностная, это все равно что сказать: нет искусства христианского, нет искусства мусульманского, — искусство одно; или: нет искусства готического, нет искусства ренессанса — искусство одно.

Поражаешься такой добровольной слепотой. Как будто кто–нибудь отрицает, что искусство одно, как будто кто–нибудь отрицает, что человечество одно. Разве это противоречит существованию веков, наций и классов?

Наш научный анализ, оружием которого мы в любой момент готовы сразиться с защитниками положения, что все кошки серы в той тьме, в которую погружают подобные теоретики мир, показал нам, что базой всех этих различий является борьба классов. Если она выступила даже из–под покровов религиозных направлений и т. д., то, когда она проявляется воочию, познав себя, — те перевороты в искусстве, которыми всегда сопровождались выступления нового класса, неминуемо также будут иметь место и сейчас.

Не мы, теоретики, разрешим этот вопрос — его разрешают пролетарские художники. Пока успех пролетарской культуры можно отметить только в литературе. По многим причинам — это понятно. Я отлично знаю, что произведения даже лучших пролетарских писателей еще незрелы, и очень доволен этим. Разве надо, чтобы пролетарская литература сразу родилась той «законченной» старухой, какой является совершенная в своей мудрости муза разных «законченных» мастеров?

Я люблю повторять слова Маркса — о гигантских башмаках ребенка–пролетариата рядом со стоптанными галошами дряхлой буржуазии.2

И я утверждаю смело, что Гастев, Кириллов, Самобытник, Садофьев и другие доказали уже, что пролетарская литература возможна и осуществится. Говорят, они подражатели. Еще бы. Они не с луны упали, но их душа имеет иные законы кристаллизации. Свет неба и лучи различных светильников старой культуры, сияния которых мы нисколько не отрицаем, преломляются своеобразно на их гранях, играют в них своеобразной радугой.

У пролетариев есть несколько совершенно определенных полюсов, которые придают иную конфигурацию всему, что они берут, и всему, что они дают.

Было бы горько, если бы пролетариат зарылся в изображениях своего быта. Пролетарии не могут не любить и не изображать весь мир — прошлое, настоящее и будущее, восток, запад, юг и север. Это изображение без всякого стремления к тенденции будет иное, чем у буржуазии, потому что пройдет сквозь иную душу.

Я полон радости, что тов. Бессалько так широко мечтает; он побывал на Западе, он много читал, но, насколько я знаю, на Востоке он не путешествовал, а между тем в каждом его рассказе живет Восток, может быть, сказочный, может быть, не совсем бытовой, но — разве это нужно?

Тов. Бессалько не гонится за документами, он создает поэтические сны и символы, а потому более художественно и ценно то облако своеобразного аромата, которым окружен каждый его рассказ 3 и в котором вы сразу обоняете Восток — Индию, Грецию и т. д.

Стилизуя очень ценную психологическую действительность, обертывая ее узорами и тканями, тов. Бессалько поднимает ее в то же время до степени широкого символа и никогда не опрокидывает ее в сухую аллегорию.

На дне каждого рассказа лежит пролетарский протест, пролетарские надежды. Они придают своеобразный вкус всему вину, но не портят этим его вкуса, не являются ему чуждыми, сливаются с ним в один букет.

И как ему повезло! — он нашел себе иллюстратора по плечу. Композиции Видберга 4 в полной мере отвечают мысли Бессалько.

Символ подает здесь руку действительности. Это интересно графически, это насыщено содержанием и понятно пролетариату и не возбудит в нем того протеста, который он невольно чувствует перед искаженной действительностью некоторых новейших искателей; и это в то же время господство стиля, карандаша художника над внешним материалом и полное отсутствие рабства перед сырой действительностью.

В снопе цветов, уже не бедном, который пролетарская муза протягивает читателю, книжка Бессалько — Видберга рдеет изящной, пряной гвоздикой.


  1.  Возможно, имеется в виду выступление Бальмонта в декабре 1918 года на совещании Наркомпроса с литераторами по вопросу об организации ЛИТО (Литературного отдела).
  2.  См. К. Маркс и Ф. Энгельс, Сочинения, т. 1, стр. 444.
  3.  В книгу «Алмазы Востока» вошли рассказы: «Царица Аллая», «Шах Кобада», «Хромоногий Гефест», «Великий Ману», «Иуда–Гавлонит», «Абу–Зерра».
  4.  Иллюстрации С. Видберга к книге «Алмазы Востока».
Предисловие
Впервые опубликовано:
Публикуется по редакции
темы: ,

Автор:


Источник:

Запись в библиографии № 1117:

Предисловие. — В кн.: Бессалько П. К. Алмазы Востока. Пг., 1919, с. 5–8.

  • То же. — Луначарский А. В. Собр. соч. Т. 2. М., 1964, с. 221–223.


Поделиться статьёй с друзьями:
comments powered by Disqus