Из доклада на 2–й сессии ЦИК СССР 4–го созыва

Доклад был сделан А. В. Луначарским 16 октября 1927 г. на юбилейной сессии ЦИК в связи с десятилетием Октября. Текст доклада опубликован в 1927 г. в книге «2–я сессия Центрального исполнительного комитета Союза ССР 4–го созыва. Стенографический отчет».

…Вы знаете, что могущество кино необъятно, прежде всего потому, что оно опирается на современную электротехнику и на современную оптику и вместе с наукой и индустрией страшно быстро растет. Театр лишь в малой степени может использовать технику для распространения в смысле влияния в большом масштабе на внешний мир. Для кино же с каждым годом появляются все большие возможности, и уже теперь кино может показывать весь мир с необыкновенной убедительностью. Конечно, здесь важен правильный и художественный подход, тут нужно взять зрителя за сердце и тогда можно вести его куда хочешь. И мы видим, что отношение к кино, особенно в деревне, вначале тоже такое, как к какому–то чудесному волшебству. Надо суметь использовать кино. Надо наше советское кино сделать колоссальным художественным пропагандистом, надо, чтобы кино было действительно художественным, чтобы оно потрясло, волновало, ибо, если картина будет даже очень хорошо и умело задумана, но не будет привлекать публику, она останется у нас и никуда дальше не пойдет. Нам надо воспользоваться могуществом кино, его колоссальными агитационными возможностями и влить туда нужное содержание. Что же мы имеем в этом отношении? Мы достигли огромных успехов.

Когда мы посмотрим, что давала наша кинематография в первые годы, то увидим, что у нас было полное убожество: 86% для городского обихода мы выписывали из–за границы, а 14% никто не хотел смотреть. Сейчас мы имеем картину прямо противоположную. Почему? Потому что заграничные фильмы покупать дорого, да и вообще за границей кино идет не в нашем направлении, и в то же время сейчас заграничные наблюдатели лучшей заграничной критики признают нашу кинематографию едва ли не самой художественной.

В Германии издана книга*1, где задается такой вопрос: «Почему русское кино оказалось первым по художественности?» Если ставится вопрос: «почему?», то это значит, что самый факт почти не отрицается и не подвергается сомнению. Иностранцы говорят: «И техника у них отстала, и средства меньше, чем у нас, — в чем же дело?» Это говорит критик буржуазной газеты Керр, — правда, передовой критик. Он разрешает вопрос так: «Мы преследуем коммерческие цели, и у нашей кинематографии ничего нет за душой, о чем она хотела бы серьезно рассказать. В Советской же республике преследуются цели культурные, у них есть огромные проблемы, о которых они хотят рассказать, у них громадное количество идей, чаяний, у них кино является, в полном смысле слова, просвещающим художественным, конечно, средством».

Вот какова критика иностранцев. Наши же критики к художественному кинопроизводству относятся чрезмерно сурово. Наши картины, которые берлинских рабочих и, конечно, не буржуазию, но передовую часть буржуазной интеллигенции — приводят в восторг, у нас проходят не только не замеченными, но часто облаянными. Конечно, строгость дело хорошее — Чехов говорил, что если зайца бить, то он научится зажигать спички, — но не мешает наших кинематографических зайцев и погладить по шерстке, а то они очень уж запуганы — ничем не могут угодить.

Конечно, я вижу в кино не одни только достоинства. Нужно еще выше поднять кинопроизводство в художественном и идейном отношениях, нужно поднять качество хроники, которая важна не только тем, что она дает сейчас, а важна и для будущего. Кинохроника — одна из самых ярких летописей событий, в которых мы имеем счастье участвовать. Когда нас тут, на съезде, освещают сотни прожекторов, которые хрипят, шипят, не дают говорить, то мы не должны сердиться, потому что будущие поколения смотрят нас огненными глазами, нас фиксируют для дальнейших столетий, а мы ведь люди замечательные, конечно, не по нашим личным свойствам, а потому, что история поставила нас в такой переломный исторический пункт.

Затем надо сказать, что у нас еще хромает культурное, научное кино. Мы, просвещенцы, не имели средств для того, чтобы ввести кино в школу, что сделано за границей и к чему мы должны стремиться.

Я приведу несколько цифр, которые показывают рост нашей кинематографии. Центральные организации — Совкино, затем получастная фирма — акционерное о–во «Межрабпом–Русь», ВУФКУ на Украине и Госкинпром в Грузии, затем имеется кинопроизводство в Белоруссии*2 и в некоторых других областях, но они небольшие.

Приведу цифры по Совкино: в 1923 году художественных фильм было выпущено 17 тыс. метров, в 1924 г. — 40 тыс. метров, в 1925 г. — 41 тыс. метров и в прошлом году — 48 тыс. метров. В процентном отношении мы выросли за эти 3 года на 300%; в то время как раньше ежегодный прокат пользовался на 85% иностранными фильмами, сейчас они составляют приблизительно 30%; около 70% составляют фильмы собственного нашего производства, и, что особенно отрадно, наши картины собирают больше публики и оказываются более выгодными, чем иностранные, на нашем собственном рынке, а мы продаем картины на иностранный рынок, продаем во все страны мира. У меня есть список, я не буду его приводить… (Голос с места: «А не мешало бы привести…»). Цензура. Я оставляю ее вне поля зрения нашего съезда. Она есть величайшее благо, потому что она охраняет нас от контрреволюционных поползновений, но она есть и неизбежное зло. (Голос с места: «Заграничная»…) Заграничная еще хуже нашей, хотя наша тоже очень суровая. Упоминание о нашей цензуре не лишнее, так как у нас скоро будет партийное совещание по вопросам кино; там, на специальном совещании, мы и поставим эти вопросы. Сами работники кино очень жалуются не только на заграничную цензуру, но и на нашу.

Приведу некоторые цифры по ВУФКУ. В 1923 году было выпущено 5800, затем — 38 тысяч, в 1926 г. — 45, а теперь уже 260 тыс. метров (Скрыпник*3 с места: «Мы их сократили»). Ну, вот и развивайся как хочешь, чуть разовьешься, сейчас же тебя за хвост и посадят на место.

Ну, товарищи, пока говорить больше о кино я не буду, а перейду к такому важному распространителю нашего культурного влияния, как печать…

16 октября 1927 г.


*1 Стр. 233. Имеется в виду книга Эрнеста Поллака «Русское искусство фильма», изданная с предисловием А. Керра.

*2 Стр. 234. Кинопроизводство в Белоруссии началось с 8 апреля 1924 г., когда было создано Белорусское отделение Госкино. 17 декабря 1924 г. декретом СНК БССР было образовано Управление по делам кино при Наркомпросе БССР (Белгоскино).

*3 Стр. 237. Скрыпник Н. А. (1872—1933). — профессиональный революционер, член РСДРП с 1897 г., неоднократно подвергался арестам и ссылке. За подготовку вооруженного восстания в 1905 г. заочно приговорен царским судом к смертной казни. В 1914 г. — член редколлегии «Правды». Участник Октябрьской революции. После революции — на ответственной партийной и советской работе на Украине. Член ЦК КП(б)У, кандидат в члены и член ЦК ВКП(б). Делегат всех конгрессов Коминтерна.

Comments