К СОВЕЩАНИЮ ЛИТЕРАТУРОВЕДОВ

Машинописная копия. ЦПА ИМЛ, ф. 142, оп. 1, ед. хр. 154, лл. 75—76.

Публикация Н. А. Трифонова.

По инициативе Госиздата созвано было совещание для обсуждения вопроса об издании сборника под заглавием «Спорные вопросы марксистского литературоведения».1

На этом совещании избрана была комиссия из трех лиц: Луначарского, Переверзева и Лебедева–Полянского, которой было поручено ближе рассмотреть содержание этого сборника, список сотрудников и т. д. и предложить выработанные резолюции на рассмотрение широкого собрания сотрудников в составе, намеченном Госиздатом и принимавшем участие в первом совещании.

Главным содержанием совещания комиссии явились следующие обстоятельства.

Тов. Луначарский предложил посвятить сборник — или, по крайней мере, самую основную часть сборника — рассмотрению тех первоначальных и принципиальных проблем, при наличии разногласия которых не может быть действительного единства марксистского фронта ни в борьбе с противниками марксизма, ни в построении системы марксистского литературоведения.

К таким темам, по мнению Луначарского, относятся следующие.

1. Вопрос о допустимости и пределах использования конкретно–исторического, в частности биографического материала, при марксистском анализе отдельных литературных произведений, литературного творчества отдельного писателя и т. п.

2. Разрешение вопроса о путях, которыми социальный базис воздействует на такую отдельную надстройку, как художественная литература, т. е. вопрос о значимости известной пятичленной формулы Плеханова,2 и г. д.

3. Вопрос о месте в марксистском анализе художественного произведения расследования социального генезиса последнего и социально–эстетической ценности как для времени появления, так и для других последующих эпох и нашего времени.

4. Вопросы о целевой установке марксистского литературоведения, конкретнее, о том, должно ли служить литературоведение только научной установке социального генезиса литературных произведений или также выработке базы для литературной критики и партийной и государственной политики в области литературы, понимаемой как сильнейшее классовое оружие.

По заслушании этого предложения т. Луначарского т. В. Ф. Переверзев сделал заявление, что по всем этим вопросам никаких разногласий среди марксистов–литературоведов не существует. Им высказано было приблизительно следующее:

По этим азбучным истинам спорить не приходится. Они уже установлены, и копаться в них скучно. На самом деле мы все держимся в этом отношении одних и тех же основных взглядов, и если есть видимость какой–то борьбы, каких–то взаимных упреков между различными марксистами, то она происходит вовсе не потому, что той или иной группе или направлению свойственно забывать основные принципы марксизма, лежащие в основе каждой из указанных Луначарским проблем, или что те или другие отвергают установленные до сих пор принципы (Плехановым и др.). Исторические разногласия возникают постольку, поскольку эти общие принципы несколько различно применяются отдельными литературоведами.

У одних может иметься склонность к внесению возможно большей стройности в свои литературоведческие работы и отсюда, быть может, проявляется иногда некоторый уклон к схематизму, на который другие указывают, указывают иногда преувеличенно и вместо критики данного, неудачного, быть может, слишком абстрактного применения общих принципов, начинают сейчас же обвинять своих мнимых противников в сознательном схематизме, а вместе с тем в отказе от принципиальных позиций, в незнании их или в отказе от них.

Другие, наоборот, имеют наклонность к конкретизации, которая заставляет их делать шаг в сторону некоторого эклектизма, неполной выдержанности чисто марксистских принципов. И опять–таки вместо того, чтобы указать на частную ошибку в применении общих методов, начинаются толки об эклектизме по существу и об изменении основных принципов. Так стараются создать видимость двух школ, схематической и эклектической, между тем как имеется только одна литературоведческая школа — марксистская, отдельные представители которой в отдельных произведениях могут делать ошибки в обе эти стороны. Ошибки должны указываться, но без искусственного разрыва на две школы. Никакой необходимости поэтому возвращаться к принципиальному рассмотрению основ нет, ибо разногласие не здесь, а только в частных применениях общего метода, в частных ошибках или воображаемых ошибках тех или иных литературоведов.

Поэтому сборник, предложенный Луначарским, будет скучным сборником, устарелым, предполагающаяся им стадия развития марксистского литературоведения уже превзойдена.

Тов. Лебедев–Полянский выступил с решительными возражениями против этой точки зрения тов. Переверзева. Он доказывал, что во всех вузах, редакциях, литературных кружках идет настоящая борьба двух направлений, из которых одно так и называет себя «переверзевцами», а другое составляется из марксистов–литературоведов, не принадлежащих к этим переверзевским кругам.

Тов. Лебедев–Полянский указал, что эта борьба принимает часто характер настоящего организованного стремления захватить места, голоса и т. д., что она сопровождается претензией на исключительную ортодоксальность и единомыслящую верность определенных взглядов и что среди марксистов–литературоведов, таким образом, не может быть мира, пока эти вопросы не будут рассмотрены, пока не будут указаны точные границы взглядов обоих несомненно существующих направлений, дабы не плодить ненужную борьбу, покоящуюся на непонимании взаимных позиций. Совсем же устранить эту борьбу и найти своего рода мир вряд ли удастся, так как разногласия глубоки и принципиальны.

Тов. Переверзев вновь отрицал наличие подобных разногласий, указывал на то, что всякого рода борьба, о которой говорит тов. Лебедев–Полянский, если она имеет место, представляет собою скорее довольно непривлекательные явления литературного быта, чем действительные события в области марксистской литературоведческой мысли.

Основываясь на этом обмене мнений, т. Луначарский предложил следующее решение: собрать особое замкнутое совещание для обсуждения вопроса о том, действительно ли по указанным здесь четырем пунктам имеется уже достаточно полное согласие.

В том случае, если выяснится правильность точки зрения т. Переверзева на внутреннее состояние литературоведческого марксистского фронта, следует отказаться от мысли о сборнике того типа, который предложил т. Луначарский.

Надо будет приступить к более радостной и более сложной задаче — издать совместно сборник под другим названием: «Очередные задачи марксистского литературоведения» и дать там серию статей по нерешенным еще и даже едва–едва поставленным только вопросам стиля, формы и по ряду других проблем марксистского анализа литературной специфики.

Комиссия согласилась с предложением т. Луначарского.

Настоящее сообщение написано по поручению Комиссии для рассылки тем лицам, которые будут приглашены Госиздатом на эту закрытую дискуссию.3

(А. В. Луначарский)

<1929>


1 Организационное совещание по созданию марксистского литературоведческого сборника состоялось под председательством А. В. Луначарского 14 октября 1929 г. В нем приняли участие: И. М. Беспалов, В. Ц. Гоффеншефер, О. А. Колесникова, И. Н. Кубиков, П. И. Лебедев–Полянский, В. Ф. Переверзев, Н. К. Пиксанов, В. П. Полонский. (Протокол совещания хранится в Отд. рукописей ИМЛИ, ф. 16, ед. хр. 84.)

2 Имеется в виду формула, характеризующая марксистский взгляд на отношение «социального базиса» к «надстройке», в статье Плеханова «Основные вопросы марксизма» (Сочинения, т. XVIII, стр. 231).

3 Комиссия из выделенных трех лиц собралась еще раз, 14 февраля 1930 г., после дискуссии в Коммунистической академии, для выяснения «вопроса о целесообразности издания литературоведческих сборников в той форме, которая была директивно рекомендована комиссии общим собранием литературоведов, созванным ГИЗом» (ИМЛИ, ф. 16, ед. хр. 85).

Комиссия приняла постановление:

«Считать, что при создавшейся ситуации и после имевшей место дискуссии сборники предполагавшегося типа: первый — критически направленный против теоретической установки так называемой ,,школы Переверзева" и второй — посвященный ответу последователей этой школы на направленную против нее критику — не являются более целесообразными.

Ввиду этого Комиссия объявляет себя распущенной, но полагает, что ГИЗ поступит вполне правильно, если не откажется от идеи издания литературоведческого сборника или серии сборников, построенных по определенному тематическому плану и имеющих между прочим своей целью научно углубить разработку некоторых проблем, наметившихся в дискуссии, имевшей место в Комакадемии.

Комиссия полагает, что для этой цели ГИЗ должен создать новую редакцию, причем считала бы полезным созвать еще одно широкое собрание литературоведов для общей проработки плана этих сборников на этих новых основаниях, а может быть и для выбора соответственной редакции. Обо всех этих своих суждениях Комиссия постановила довести до сведения Президиума ГИЗа.

От имени Комиссии — А. Луначарский»

Comments