ЛУНАЧАРСКИЙ КАК БИОГРАФ ЛЕНИНА

Вниманию читателя предлагается второе, дополненное, издание сборника статей, речей, докладов и воспоминаний А. В. Луначарского о Владимире Ильиче Ленине.

Лениниана… Вобравшая в себя тысячи произведений литературы и искусства, она, на протяжении вот уже шести десятилетий, запечатляет эпоху гигантского, небывалого в истории перелома и незабываемый образ человека, который, по выражению Луначарского, «был ее плодом и вместе с тем ее двигателем», в котором «сказалось персонально все очарование этой изумительной эпохи».

Неоценим вклад в Лениниану соратников Владимира Ильича по революционной борьбе и строительству первого в мире социалистического государства. Их воспоминания, отразившие непосредственные, личные впечатления, особенно волнуют читателей; в них ищут и находят подлинные штрихи великого и простого, многогранного и сложного человека, каким был Владимир Ильич Ленин.

К числу людей, которые вместе с Лениным делили горечь вынужденной эмиграции, радость революционных битв, успехи и трудности созидания молодой Республики Советов, принадлежал и Анатолий Васильевич Луначарский. Он был одним из тех, кто стоял у истоков Ленинианы. В литературном наследии Луначарского — около ста статей, очерков, речей и воспоминаний о Ленине.

Первый очерк Луначарского о Ленине был опубликован в 1919 году в книге «Великий переворот. (Октябрьская революция)». Уже в нем автор воспоминаний стремился обрисовать основные вехи жизни и борьбы вождя победоносной пролетарской революции на широком историческом фоне, показать, что Владимир Ильич Ленин, революционная, преобразующая деятельность которого развернулась в эпоху небывалых социальных бурь, — и объективно, и по своим личным качествам — «безусловно одна из крупнейших фигур мировой истории». Конечно, не все получило достаточную «прорисовку» в этой первой публикации, что–то лишь намечено, но она важна и ценна для нас тем, что в ней дан как бы ориентир для всей последующей работы над воссозданием образа Ленина.

Книга имела успех и по праву заняла свое место в ряду наиболее талантливых свидетельств современников о Великой Октябрьской социалистической революции, о ее организаторах и руководителях. Рецензенты того времени отмечали насыщенность книги фактами, взятыми «не из литературы», а из самой жизни, а также «опытную руку художника и острый взор тонкого наблюдателя» («Книга и революция», 1920, № 3—4, стр. 25).

В 1923 году на основе ранее опубликованных воспоминаний выходит книга Луначарского «Революционные силуэты», которая открывается очерком «Владимир Ильич Ленин». Эта книга с дарственной надписью: «Владимиру Ильичу Ленину с глубочайшим уважением и горячей любовью. А. Луначарский. 14. V.» хранится в личной библиотеке В. И. Ленина в Кремле.

В очерке Луначарский еще не ставил цели дать полный политический портрет вождя. «Для таких более широких и содержательных портретов, — писал он, — придет еще время».

Преждевременная смерть любимого человека морально и физически потрясла Луначарского. Именно тогда зарождается мысль о создании «глубоко научной, фактически верной и вместе с тем захватывающей биографии–поэмы», которая должна стать «одной из прекраснейших книг мировой литературы». Он понимал, что создание подобного рода биографии— «задача и увлекательнейшая и грандиозная», что для этого требуется соединение литературного таланта и психологической чуткости, большого политического опыта и социологической глубины. В предисловии ко второму изданию сборника «Революционные силуэты» в феврале 1924 года Луначарский писал, что будет счастлив, если в его трудах отыщутся крупицы, необходимые для создания такой книги. «Лениниана» самого Анатолия Васильевича Луначарского содержит много таких «крупиц».

Прежде всего, — это «поминальные речи», как он их называл. Многие из стенограмм этих речей — «непосредственного ответа чувства на скорбные факты» — были опубликованы.

О публичных выступлениях Луначарского, особенно начиная с 1924 года, можно, на наш взгляд, говорить уже не как об отдельных эпизодах, а как о целенаправленной системе пропаганды жизни и дела В. И. Ленина, ленинизма в целом, как об авторитетном источнике, запечатлевшем целую историческую эпоху — эпоху крушения старого и становления нового мира.

Луначарский выступал во многих уголках страны, его слушателями были рабочие, красноармейцы, крестьяне, учительство, люди науки и искусства, молодежь. Речи, доклады, лекции Луначарского — это образец пропагандистского мастерства и партийной убежденности, умения наилучшим образом, в наиболее доходчивой для каждой данной аудитории форме обрисовать неповторимую личность Владимира Ильича Ленина — пламенного революционера, трезвого политика, блестящего организатора и руководителя политического авангарда рабочего класса России — партии нового типа, глубочайшего ученого, дальновидного государственного деятеля. Многие публичные выступления Луначарского легли впоследствии в основу статей или были изданы отдельными брошюрами.

Особое место в его «Лениниане» занимает работа «К характеристике Ленина как личности». Под таким названием она была опубликована в январе 1926 года в газете «Известия». Проведенная нами в последнее время поисковая работа позволяет утверждать, что первоначально Луначарский готовил этот материал как предисловие к сборнику своих статей о Ленине, в основу которых он предполагал взять «поминальные» речи. Выпустить этот сборник планировалось в 1925 году.

Автор стремился как бы суммировать всю свою предыдущую работу, сосредоточенную на создании политического портрета Ленина, вновь осмыслить то, что уже было сделано в этом направлении, осветить те грани личности Владимира Ильича, которые к тому времени не нашли еще достаточного отражения.

Таким образом, приоткрылась еще одна страница творчества Луначарского, выявилась еще одна его в высшей степени плодотворная идея: на основе всесторонне продуманного и мотивированного обобщения дать цельную социально–психологическую характеристику личности вождя и человека.

К сожалению, сборник, задуманный Луначарским, не вышел в свет. Однако обобщающая статья, опубликованная на страницах центральной газеты, в основу которой лег материал, предназначавшийся для предисловия, дошла до массового читателя. Ее отличают большая, в сравнении с предыдущими работами, строгость и отшлифованность формулировок, явное преобладание аналитического подхода над мемуарным, постановка ряда важных общесоциологических проблем. Луначарский, в частности, обратил внимание на такую отличительную черту «необычайной коммунистичности» Ленина, как «отсутствие в нем всякого личничества». Он оценил это как явление «очень глубокое и заслуживающее внимательной разработки в коммунистической литературе».

Много лет Луначарский вынашивал мечту — написать биографию Владимира Ильича. Об этом свидетельствуют дневниковые записи, личная и официальная переписка. Луначарский неоднократно повторял, что такая книга станет самым значительным делом его жизни. Ее смысл и назначение — раскрыть «тип гения и героя», «образец и пример человечества». Морально он чувствовал себя готовым к тому, чтобы приступить к работе над книгой, и в 1930 году писал жене: «Для этого у меня есть все… кроме времени». Чтобы получить возможность работать систематически и целенаправленно, он принимает решение: «не разбрасываться, как раньше», «переменить рельсы» жизни. Внезапная смерть не позволила осуществить великолепный замысел.

Однако, если собрать и систематизировать разрозненные публикации Луначарского о Владимире Ильиче, можно получить достаточно цельное жизнеописание, в котором через призму личного восприятия Луначарского раскрывается образ Ленина во всем его величии и неповторимости.

Несколько лет назад, в канун 100–летия со дня рождения Луначарского*, такую работу провела, в творческом содружестве с сотрудниками Издательства АПН и Института марксизма–ленинизма при ЦК КПСС, дочь А. В. Луначарского — И. А. Луначарская.

* А. В. Луначарский родился 23 ноября 1875 года. — Ред.

В результате получилась книга, в которой читателю представилась возможность глазами Луначарского увидеть Ленина — революционера, государственного деятеля, ученого, публициста, человека; познакомиться с ленинскими оценками культуры в ее широком понимании, с его мнениями о русских писателях, высказанными в ходе непосредственных бесед с автором воспоминаний. Книга волнует эмоциональностью, постоянным «эффектом присутствия» ее автора.

Материалы сборника, по нашему мнению, могут быть интересны исследователям, изучающим проблему «Луначарский как биограф В. И. Ленина», ибо они позволяют наглядно проследить методологические принципы автора в исследовании и раскрытии этой темы, его бескомпромиссную борьбу с упрощенчеством и искажениями в освещении образа вождя.

Мы сочли целесообразным снабдить данное издание приложением — списком работ Луначарского о Ленине, представляющим собой извлечение из библиографического указателя, подготовленного Государственной ордена Ленина библиотекой имени В. И. Ленина, — наиболее полного перечня трудов А. В. Луначарского. В этот список, кроме достаточно широко известных очерков, статей, воспоминаний, брошюр, сборников и т. д., включены также материалы малоизвестные — не только массовому читателю, но и специалистам.

Проведенная в последние годы систематизация трудов Луначарского позволяет, на наш взгляд, не только полнее представить его вклад в Лениниану, но и поставить его имя как биографа Ленина в один ряд с именем Н. К. Крупской.

В предлагаемом вниманию читателя сборнике — самом полном собрании работ Луначарского о Владимире Ильиче Ленине — переплетаются проблемно–тематический и хронологический принципы расположения материала.

При подготовке книги большую трудность вызывало то обстоятельство, что значительную часть включенных в нее материалов составляют не специально подготовленные Луначарским для печати работы, а стенограммы речей, нередко произнесенных «спешно и в порядке импровизации». Часто выступления, посвященные одной теме, произносились хотя и с небольшим интервалом во времени, но перед различной аудиторией. В таких случаях Луначарский, оставляя неизменной основную сумму вопросов, вводил, в зависимости от характера аудитории, новые факты, интересующие именно данный состав слушателей.

Как правило, эти выступления важны по содержанию, ярки и оригинальны по форме. Однако очевидно, что включать в сборник в полном объеме работы однотипные, многократно повторяющие одни и те же положения, — нецелесообразно. Поэтому в ряде случаев материалы сборника публикуются с сокращениями.

Ввиду специфического характера издания некоторые статьи и воспоминания Луначарского сокращались также за счет исключения того, что прямо не относится к теме. Это позволило сосредоточить внимание на главных проблемах, выделить их более рельефно. Такой подход нам представляется логичным, оправданным.

* * *

Книга состоит из четырех разделов. В основу формирования первого раздела положен проблемный принцип. Такой подход позволяет нагляднее представить себе основной замысел предполагавшейся книги Луначарского: раскрыть новый по своему социально–психологическому строю тип руководителя и человека, неразрывно связанного с «историей великой Российской революции в ее самые жгучие годы, с историей мировой революции за четверть века». Лейтмотив многих включеных в сборник воспоминаний и статей: Ленин создан всем ходом русской революции, мощной волей созревшего пролетариата России, великой борьбой рабочих и крестьян всего мира. «Ленин вне связи с пролетариатом, и не только с пролетариатом, но и с предшествующей крестьянско–интеллигентской революцией, Ленин вне связи с партией, с которой он рос, которую он растил и которая его растила, Ленин вне связи с мировым пролетариатом и марксизмом, — что это такое? Разве это Ленин? Это будет так же похоже на Ленина, как стакан воды, зачерпнутый в море, похож на море».

Как научно мыслящий революционер Ленин соединял в себе — и это многократно подчеркнуто Луначарским — глубочайшую объективность и трезвость ученого со смелостью и решительностью величайшего стратега классовых битв. Ярко показано значение Ленина как руководителя партии большевиков, сумевшей сплотить «наиболее стальные, наиболее активные элементы народа из рабочего класса, интеллигенции и крестьянства», возглавить Великую Октябрьскую социалистическую революцию, поставившую Россию на грань эпох.

«Жизнь нашего вождя самым неразрывным образом оплачивается с историей Российской Коммунистической партии, — писал А. В. Луначарский в 1924 году в журнале «Коммунист» — органе Нижегородского губкома РКП(б). — Никто не сможет написать историю Российской Коммунистической партии от ее возникновения до наших дней, не сделав из этой книги подробную биографию Владимира Ильича, и никто не может описать жизнь Ленина без того, чтобы книга не сделалась историей нашей партии».

Вместе с тем Луначарский рисует Ленина как историческую фигуру мирового масштаба, вождя, к которому «тянулось со всех сторон целое море рук и сердец», как гениального. теоретика, который видит господствующие в мире тенденции и будущее каждой общественной формации, как человека, который жил надеждой, верой, убежденностью в том, что «спаявшаяся в целостную систему» борьба трудящихся всех стран приведет к «переламыванию судьбы человечества от капитализма к коммунизму». «Владимир Ильич, — писал Луначарский, — разыгрывал труднейшую шахматную партию в мире, но он заранее знал, что та партия, в которой он является огромной важности фигурой, которую ведет пролетариат, непременно будет выиграна».

Луначарскому, на наш взгляд, удалось глубоко и всесторонне, лучше, чем кому–либо другому, запечатлеть «чарующую» личность Ленина. С большим умением и тактом сумел он донести до нас некоторые черты Владимира Ильича, присущие только ему и тем не менее имеющие колоссальное общественное значение.

Первое, что бросается в глаза, отмечает Луначарский, это гигантский ум Ленина, который проявлялся «не только в больших произведениях или больших актах его замечательной жизни», но и в повседневной работе, в решении каждой проблемы, которую жизнь ставила перед ним.

В Совнаркоме, за «длинным столом крупнейших революционеров и новых людей нашего времени», Ленин по праву был первым. «Было любо–дорого, — вспоминает Луначарский, — сидеть в Совнаркоме и присматриваться к тому, как решает вопросы Владимир Ильич, как он внимательнейшим образом вслушивается, вдумывается, взвешивает, пересматривает все для каждого вопроса, — а вопросов много — и как он резюмирует затем вопрос. Резюмирует — и нет больше споров и нет больше разногласий; если принял сторону одних против других или согласовал взгляды одних и других в неожиданном синтезе, то с такими аргументами, против которых не пойдешь».

Среди неповторимых ленинских черт, ярко обрисованных Луначарским, отметим еще огромную волю, «составляющую половину его облика», и «громадное сердечное величие». «До мозга костей» был предан Ленин человечеству, любил его таким, «как оно есть, за его страдания, за его бездорожье и темноту». И в то же время терпеть не мог сентиментальности,. красивых фраз о любви к людям, о служении им. «Если говорить о сердце Владимира Ильича, то оно сказывалось больше всего в коренной его любви. Это была не любовь–доброта в том смысле, в каком это понимает обыватель. Когда он изредка заговаривал о правде, об исконной человеческой морали, о добре, то чувствовалось, как непоколебимо у него это чувство, и оно согревало его и давало ему эту опору, которая делала его могучим, стальным в проведении своей доли. Если он ненавидел — а ненавидел он политических врагов, личных врагов у него не было… то ненавидел во имя той любви, которая была шире сегодняшнего дня и сегодняшних отношений».

Луначарский предвидел, что придет время, когда личность Ленина сделается предметом внимательного и любовного изучения, ибо биографическое в нем имеет огромную общечеловеческую ценность. Такое время пришло. Миллионы людей во всех уголках земного шара проявляют огромный интерес к биографии Владимира Ильича, к его личности, к его учению. По данным ЮНЕСКО, Ленин— «самый читаемый автор», по числу публикаций его произведения стоят на первом месте в мире.

* * *

Материалы второго раздела расположены по хронологическому принципу.

В данное издание сборника, в дополнение к предыдущему, включены воспоминания о третьем и четвертом съездах партии. Их главная тема — непримиримая борьба Ленина против российского и международного оппортунизма, за создание партии нового типа. Луначарский показывает, что создание Лениным такой партии было громадным шагом вперед в развитии не только русского, но и всего международного рабочего движения. Раскол на II съезде, пишет Луначарский, «провел мировую линию»: большевизм стал интернациональной силой, вступившей в Европе, Азии, Америке в прямую борьбу с международным меньшевизмом, окончательно вставшим на путь предательства дела рабочего класса, примирения с буржуазией, оправдания существующего порядка вещей.

Основное содержание раздела — воспоминания Луначарского о встречах и совместной работе с Владимиром Ильичем на протяжении более чем двух десятилетий. В них описываются события, известные автору не из литературных воспоминаний или документальных источников, а по «свидетельству собственных глаз и ушей».

Первая эмиграция… «Скучная, мещанская» Женева. Размеренный, однообразный ход жизни местных горожан похож на ход изготовляемых ими часов. Небольшая группа большевиков сдавлена ео всех сторон эмиграцией и студенчеством, шедшим в ту пору большей частью за меньшевиками и эсерами.

Однако Ленин «кипит политически». Ведь именно Женева оказалась наиболее подходящим местом для создания сначала «Искры», а потом ряда журналов. «Именно здесь, — свидетельствует Луначарский, — начинали определяться разошедшиеся линии большевиков и меньшевиков, именно здесь все ярче и крепче выявлялась физиономия нашей пролетарской, революционной, марксистской политики».

Иным показан Петербург периода «революционной встряски» 1905 года. Город живет интенсивнейшей политической жизнью. Революция на подъеме. Ленин «напоминает капитана на палубе судна, окруженного громовыми тучами…».

Спала революционная волна, победила реакция, и вновь потянулись дни вынужденной эмиграции, когда вырабатывается умение «реалистически выжидать», развертывать работу по политическому просвещению масс, собирать силы, чтобы впоследствии «мощно делать революцию».

Невозможно без волнения читать описание последних дней, часов, минут перед отъездом Ленина в Россию: «Когда я смотрел на него, улыбающегося на площадке уходящего поезда, я чувствовал, что он внутренне полон такой мыслью: «Наконец, наконец–то, пришло, для чего я создан, к чему я готовился, к чему готовилась вся партия, без чего вся наша жизнь была только подготовительной и незаконченной».

И, наконец, «взрывная атмосфера» октября 1917 года, Смольный «в великую ночь», незабываемые дни долгожданной победы. Как хорошо понимаем мы слова Луначарского: «Кто пережил это, тот никогда этого не забудет».

В воспоминаниях Луначарского преимущественно отражена политическая деятельность Ленина. Однако иногда он позволяет себе «вторгаться» в запретную для многих область личных переживаний Ленина. «Владимир Ильич, — вспоминает он, — обыкновенно терпеть не мог подпускать даже близких людей к своим личным переживаниям. Он был прежде всего политик, такой горячий, такой вдохновенный, такой вдохновляющий. Эту политику он превращал для всякого, кто к нему приближался, в центр жизни». Беседы, в которых Ленин был с ним более интимен, чем обыкновенно, Луначарский считал лучшими часами своей жизни.

К сожалению, Луначарский тогда не вел дневника, не делал каких–либо пометок, позволяющих восстановить детально многочисленные беседы с Лениным. Впоследствии он сожалел, что «поздно спохватился», ибо услышанного «из уст революционного гения» ему бы хватило на «создание преинтересной книги», не раз сетовал на несовершенство памяти, на невозможность воссоздать в неприкосновенности каждое слово Ильича. Однако он сумел отобрать и по возможности уточнить то главное, наиболее ценное, что ему приходилось слышать от Владимира Ильича.

Луначарский писал: «Всегда бывает очень страшно припоминать что–нибудь из бесед с Владимиром Ильичем не для себя лично, а для опубликования. Все–таки не обладаешь такой живой памятью, чтобы каждое слово запечатлелось в мозгу, как врезанная в камень надпись, на десятки лет, а между тем ссылаться на то, что оно сказано великим умом, допуская возможность какого–нибудь искажения, очень жутко». Именно эта тщательность и чувство ответственности в соединении с социологической глубиной ученого и блестящим талантом писателя делают воспоминания Луначарского ценнейшим вкладом в летопись жизни и деятельности Ленина.

Правда, столь тщательный подход не всегда присутствует у Луначарского в изложении общих проблем истории революционного движения, а также отдельных событий, непосредственным участником которых он был. Встречаются неточности, не всегда продуманы формулировки. Подобного рода небрежности нередко использовали политические противники и недоброжелатели Луначарского.

От этого в свое время Луначарского предостерегал Ленин. В ноябре 1907 года, например, во время острой идейной борьбы с врагами марксизма, он писал ему по поводу готовящейся брошюры «Об отношении партии к профессиональным союзам»: «Преинтересная и отлично написанная вещь. Одно только: неосторожностей много внешних, так сказать, т. е. таких, к которым придираться будут всякие эсеры, меньшевики, синдикалисты etc. Мы совещались коллективно, ретушировать или в предисловии оговорить? Решили последнее, ибо ретушировать жаль».*

* Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 47, с. 115.

Отдельные материалы, включенные в настоящий сборник, также не свободны от «неосторожностей», порой спорных определений. Некоторые уточнения даны в примечаниях.

В третьем и четвертом разделах собраны речи, воспоминания и статьи Луначарского, комментирующие взгляды Ленина на социалистическую культуру, многотрудные пути ее становления и развития и на ее роль в коренном переустройстве общества на принципиально новых, коммунистических началах.

Энциклопедические знания, двенадцатилетняя деятельность на посту наркома просвещения позволили Луначарскому охватывать явления культурной жизни во всем их многообразии и глубине. Он был среди первых теоретиков социалистической культуры, которым пришлось выступать «на почти невозделанном поле», непосредственно руководил большим комплексом учреждений народного образования, науки и искусства.

Со всей силой своего огромного, многогранного таланта Луначарский пропагандировал ленинское идейное наследие, которое считал надежнейшим компасом в определении конкретных путей культурного развития страны, в становлении новой, социалистической культуры.

В многочисленных речах и статьях Луначарского дается убедительная трактовка марксистско–ленинской теории культуры и культурной революции, обосновывается ее значение как одного из важнейших условий социалистических преобразований, раскрываются конкретные задачи культурной революции в нашей стране, показывается руководящая роль коммунистической партии в ее осуществлении.

В наиболее полном, систематизированном виде сумма этих вопросов освещается в большой статье «Ленин и литературоведение» (см. четвертый раздел сборника) — крупном научном исследовании, написанном для Литературной энциклопедии, в котором, как свидетельствует сам автор, «собрано и прокомментировано более или менее все ленинское, что может служить базой для марксистско–ленинского литературоведения, прямо или полупрямо, потому что косвенно этому может служить весь Ленин!» (из письма А. В. Луначарского своему литературному секретарю И. А. Сацу). В ней показывается, что марксистско–ленинская теория культуры складывалась в ходе развития всех составных частей марксизма–ленинизма — философии, политической экономии, научного коммунизма, раскрывается ее неотделимость от других сторон учения Маркса, Энгельса, Ленина.

Луначарский был одним из первых, кто решительно выступил против попыток противопоставления марксизма ленинизму. Со свойственной ему силой и неотразимостью аргументации Луначарский обосновывает преемственность марксистско–ленинского учения в целом как единой и целостной системы взглядов, миросозерцания и миропонимания пролетариата. Нельзя быть ленинцем, утверждает он, не будучи марксистом, ибо вся теория и практика Ленина и его партии зиждутся на марксизме.

Эта преемственность в одинаковой степени присуща и теории культуры: «Само собой разумеется, — читаем мы в статье, — что в основных своих чертах учение Ленина о культуре есть то же, которое мы находим у Маркса и Энгельса. Понятие культуры обнимает у них, в сущности, все формы общественной жизни, за исключением непосредственно производственных. Понятие культуры включает в себя все так называемые надстройки. В их число входят не только «чистые» формы идеологии, религия, философия, наука, искусство, но и такие формы культуры, которые непосредственно связаны с бытом: мораль, не только теоретическая, но и непосредственно бытующая в жизни, право, опять–таки и в его идеологических и практических формах, и т. д. Все эти формы культуры находятся друг с другом в непрерывном взаимодействии и в известной степени оказывают давление также на экономический фундамент общества. Определителем всех форм культуры и всей ее динамики является в конечном счете процесс производства».

Органическая взаимосвязь, взаимозависимость материальной и духовной культуры, неотделимость культуры от всей жизни общества, признание активной роли общественного сознания в истории цивилизации — эти и многие другие аспекты ленинского учения о культуре были предметом исследования Луначарского.

Наряду с рассмотрением общих положений марксизма, касающихся культуры, он в своих работах особое внимание уделял «ценнейшим и оригинальным мыслям» Ленина, открывшим новую страницу в теории культуры и в практике культурного строительства.

Вопрос создания социалистической культуры, подчеркивал Луначарский, стоял перед Лениным прежде всего как вопрос практический. Он отмечает, что «для Ленина культурная революция была колоссальным процессом», обосновывает широкий размах ее целей, включающих борьбу с неграмотностью, реформу школы, пролетаризацию вузов, перестройку принципов деятельности театра, кино и т. д.

Ленин не забывал повторять, подчеркивал Луначарский, что ни меч, ни машина не могут сами по себе обеспечить строительство социализма, что для этого необходим огромный мирный культурный подъем масс, ибо благодаря ему можно индустриализовать страну, добиться кооперирования сельского хозяйства, не только юридически, но и фактически обеспечить подлинную демократизацию всей общественной жизни.

Необходимым условием такого подъема ленинская партия считала достижение всеобщей грамотности. Читать, писать, считать — вот чему прежде всего нужно научить десятки миллионов людей.

Просвещение, во всех своих областях, как справедливо отмечал Луначарский, есть часть ленинской работы, ленинскими принципами проникнуто. Один из таких принципов — неразрывное взаимодействие общего образования, технического образования и политического просвещения масс, которые «должны быть перевиты в один жгут, превращены в железный канат единой системы образования».

Для этого требовались «сами просветители», администраторы, хозяйственники нового типа, способные заменить буржуазный аппарат управления. А их было ничтожно мало.

Какой же выход? «Выход один, — отвечает Луначарский в докладе «Ленин и молодежь», — апеллировать к молодежи». Именно она — пролетарская и крестьянская молодежь — есть тот «прекрасный, но еще неподготовленный материал», из которого должно подготовить кадры специалистов.

Луначарский раскрывает основные положения «блестящей и глубокой речи» Ленина на III съезде РКСМ, с исчерпывающей ясностью дающей ответ на главный вопрос: чему учить и как учить?

Ленин говорил, читаем мы в изложении Луначарского: «Учись всему, всю буржуазную культуру усвой, а после этого разберись, что тебе ко двору, а что нет. К полученным знаниям прибавляй свой пролетарский инстинкт, прибавляй свою пролетарскую философию, свою марксистскую школу, и они тебе осветят весь материал по–новому. Но помни, что учить и строить ты сможешь только тогда, когда в течение длительного времени будешь учиться».

Луначарский показывает глубокую веру Ленина в молодое поколение, его убежденность, что идейное вооружение молодежи будет во многом способствовать успешной борьбе за социализм.

В те годы особое значение имело привлечение на сторону Советской власти более чем полумиллионной армии работников просвещения. «Надо сделать само учительство, — вспоминает Луначарский советы Ленина, — саму просвещенскую массу проводниками не только общей культуры, но и наших коммунистических идей в самую глубину деревни, не говоря уже о городе. Конечно, очень важно воспитать и среди коммунистов, особенно в комсомоле, передовые кадры работников культуры; придет время, когда они будут высоки по качеству и достаточно мощны, и чем скорее придет это время, тем лучше. Но в течение всего промежуточного времени вы не добьетесь, конечно, такого положения, когда вы могли бы строить просвещение одними коммунистическими руками».

В целом ряде работ Луначарского, включенных в сборник, показано, что Ленин огромное внимание уделял развитию науки, литературы, приобщению трудящихся к сокровищам искусства, находившимся ранее в распоряжении эксплуататоров, сохранению культурного наследия прошлого, всесторонне рассмотрены ленинские взгляды на культуру прошлого, на ее достоинства и ограниченность, раскрыто его требование критически отбирать в старой культуре то, что нужно для строительства нового общества. «Ленин отдавал должное западной культуре, — говорится, например, в статье «Культура у нас и на Западе». — Конечно, это не значит, что он принимал всю западноевропейскую науку, а тем более западноевропейскую культуру, за нечто положительное. Разумеется, он отчетливо видел то позорное клеймо буржуазной ограниченности, которое пока пятнает и культуру на Западе и даже ее благороднейшую часть — науку. Но Ленин знал достоинства этой культуры, и в особенности точной науки, начиная с самых абстрактных теорий до прикладных технических дисциплин».

Бережно, по крупицам, собирал Луначарский мысли Ленина о «художественном воспитании народа», о роли искусства в строительстве социализма. Огромный интерес, подчеркивал он, Владимир Ильич проявлял к киноделу, считал, что из всех искусств важнейшим является кино. Владимир Ильич заботился о производстве фильмов, проникнутых коммунистическими идеями, отражающих советскую действительность, о том, чтобы «продвинуть здоровое кино в массы — в городе, а еще более в деревне».

Ленин был инициатором широкой организации монументальной пропаганды, создания памятников, которые служили бы для народа, особенно для молодежи, «наглядным уроком по истории… — словом, участвовали в деле образования, воспитания новых поколений».

В целом материалы третьего и четвертого разделов сборника, показывающие роль Ленина, партии, Советского государства в становлении социалистической культуры, раскрывают, в противовес нигилистическим представлениям о социалистической революции как акте разрушения, ее активное созидательное начало.

В докладах «Ленин и вопросы просвещения», «Ленин в его отношении к науке и искусству» Луначарский образно говорит о трех фронтах: политическом, хозяйственном и культурном. Эти фронты не следуют один за другим. Политическая, хозяйственная и культурная работа переплетаются, образуя одну неразрывную ткань. И политическая борьба, и хозяйственное строительство, и культурный подъем масс — это все для человеческого счастья. «Не нужно перехода к социализму, — резюмирует Луначарский, — если люди не сделаются от этого мудрее, красивее».

* * *

Анатолий Васильевич Луначарский всегда был активным проводником линии партии в вопросах строительства новой культуры, исполнителем ее воли. Он — инициатор декретов Советской власти о сохранении исторических и художественных ценностей, решений партии и правительства о реальных мерах приобщения масс к богатствам отечественной и мировой культуры. Вместе с тем Луначарский был одним из первых теоретиков и исследователей советского искусства, видным писателем, драматургом, критиком, публицистом, ученым. Его имя значится в блестящей плеяде литераторов–большевиков — таких, как В. Воровский, М. Ольминский, П. Лепешинский. Как нарком просвещения, он работал в тесном содружестве с Я. М. Свердловым, М. И. Калининым, Н. К. Крупской, Г. В. Чичериным и другими партийными и государственными деятелями.

Личность самого Луначарского формировалась в огромной мере под непосредственным воздействием Ленина. В многолетнем общении с Владимиром Ильичем, в его статьях и выступлениях, личных беседах Луначарский черпал представления о величественных задачах предстоящих преобразований и конкретных путях их осуществления. Через всю свою жизнь пронес он восхищение Лениным и стремился быть его достойным помощником.

Нам представляется, что собранные в настоящем сборнике фрагменты из статей и воспоминаний Луначарского о Ленине позволят полнее осветить новый тип рожденного революцией и борьбой за строительство социализма товарищеского сотрудничества между выдающимися деятелями партии и государства, основанного на глубокой преданности делу революционного преобразования мира, готовности преодолевать любые трудности, умении сочетать дерзновенную мечту с трезвым практическим расчетом.

Масштабы преобразований, неизведанность путей строительства первого в мире социалистического государства, новизна порученного Луначарскому дела порождали немало трудностей, не исключали отдельных ошибок. Бывало, что он получал «разнос» от Ленина, — в частности за половинчатую позицию в вопросе об отношении Пролеткульта к государству.

Мы уже отмечали, что в статьях и выступлениях Луначарского, часть которых включена в предлагаемый читателю сборник, порой встречаются спорные оценки. Однако нельзя забывать, что они часто были первыми по времени, что правильную дорогу не всегда удавалось находить сразу. Многое Луначарский впоследствии переоценивал сам.

Очень помогала ему принципиальная критика Ленина, который, ценя и любя Луначарского, строго взыскивал за все упущения и промахи, сдерживал его увлекающуюся «художественную натуру». В «Воспоминаниях из революционного прошлого» Луначарский самокритично писал о некоторых своих ошибках: «Конечно, между мною, с одной стороны, и Лениным — с другой, было большое несходство. Он подходил ко всем вопросам как практик и как человек, обладающий огромной ясностью тактического ума и поистине гениального политика, я же подходил как… артистическая натура, как назвал меня как–то Ильич».

В целом в своей государственной и литературной деятельности Луначарский занимал правильные позиции, проводил в области культуры партийный курс. Его личный вклад в становление и развитие социалистической культуры был тем более значителен, что он, как никто, умел завоевывать «творческие сердца» представителей науки, литературы, искусства, принадлежащих к разным поколениям, направлять их знание и талант на служение общему делу. Луначарский поддерживал творческие и дружеские связи с выдающимися представителями художественной интеллигенции мира: Роменом Ролланом, Анри Барбюсом, Гербертом Уэллсом, Бернардом Шоу и многими, многими другими. Колоссальный интеллект Луначарского, его непоколебимая вера в торжество идей социализма в немалой степени способствовали поднятию в их глазах авторитета нашей страны и нашей идеологии. Он был, по образному выражению Роллана, «всеми уважаемым послом советской мысли и искусства».

* * *

Второе издание сборника выходит в свет накануне 110–й годовщины со дня рождения В. И. Ленина, которую отметят миллионы людей во всем мире. Это будет дань глубокого уважения и признательности человеку, с именем которого связана вся героическая летопись Великого Октября, начало новой исторической эпохи — эпохи социализма; мыслителю, развившему, применительно к новым историческим условиям, учение основоположников научного социализма К. Маркса и Ф. Энгельса. В ленинском теоретическом наследии люди различных возрастов, политических убеждений, жизненного опыта ищут и находят ответы на самые жгучие вопросы, поставленные ходом современного общественного развития.

«Сейчас мы ищем в его наследии, порой с беспокойством ищем, советов, указаний в нашей борьбе, нашем строительстве». Эти слова были сказаны А. В. Луначарским более полувека назад. Но как они современны сегодня!

Глубина содержания, блестящая форма, психологическая точность работ Луначарского позволяют нам полнее представить то незабываемое время, как бы почувствовать свою духовную породненность с Лениным.

Возможно, что созданный Луначарским образ в чем–то субъективен. Но именно непосредственные впечатления соратников вождя, их неповторимые ощущения особенно дороги нам, без них образ Ленина был бы беднее.

А. Титов

Comments