Революционная деятельность и сотрудничество с Лениным в дооктябрьский период

Жизнь Анатолия Васильевича Луначарского, профессионального революционера, изведавшего царскую тюрьму, ссылку, эмиграцию, активно участвовавшего в революциях 1905 и 1917 гг., первого наркома просвещения Советской страны, была наполнена кипучей партийно–политической и идейно–теоретической деятельностью, встречами и сотрудничеством со многими замечательными людьми. Луначарский принадлежал к выращенной Лениным блестящей плеяде видных деятелей Коммунистической партии и Советского государства. Он был яркой индивидуальностью, на редкость одаренным человеком, отдавшим всю свою жизнь делу победы марксистско–ленинских революционных идей, делу созидания нового, социалистического общества. Хорошо зная Луначарского, его многолетнюю деятельность под руководством Ленина, А. М. Горький ему писал: «Вы прожили тяжелую, но яркую жизнь, сделали большую работу. Вы долгое время, почти всю жизнь, шли плечом к плечу с Лениным и наиболее крупными яркими товарищами» (5, 376).

Всех, кто встречался с Луначарским, поражали чрезвычайная многогранность и разнообразие его интересов и познаний. Многим памятен 1925 год, когда молодая Республика Советов отмечала 200–летие Академии наук. На юбилей прибыли многие известные ученые мира. Одни приехали с дружественными чувствами, другие с враждебной насмешкой над «варварским» государством, не тронутым будто бы еще культурой. И вот на трибуну поднялся большевистский нарком А. В. Луначарский. Он начал свою речь на русском языке, затем продолжил ее на немецком, французском, английском, итальянском и закончил классической латынью. Яркость и эрудированность выступления Луначарского, которого одна французская газета назвала самым культурным и образованным из всех министров просвещения Европы, покорили всех присутствующих. Многим зарубежным деятелям науки и культуры встречи с Луначарским помогли выработать правильное отношение к Республике Советов.

Анатолий Васильевич Луначарский родился 11 (23) ноября 1875 г. в Полтаве, в семье чиновника. Для своего времени родители Луначарского были людьми передовыми. Атмосфера культурной семьи, где постоянно велись, по словам Луначарского, «революционные и полуреволюционные разговоры», сыграла большую роль в формировании его мировоззрения. Она способствовала проявлению раннего интереса к революционно–демократической и нелегальной литературе. Уже в юношеском возрасте идейно–политическую направленность взглядов Луначарского во многом определили произведения передовых русских писателей и поэтов, сочинения идеологов русской революционной демократии, работы, издававшиеся за границей плехановской группой «Освобождение труда».

Решающее влияние на формирование идейно–политических взглядов юноши оказали идеи марксизма. Уже в гимназические годы он знакомится с «Коммунистическим Манифестом», читает «Капитал» и другие произведения К. Маркса и Ф. Энгельса. Мировоззрение Луначарского складывалось под влиянием растущего революционного движения в России и по своей направленности «сразу определилось как более или менее марксистское» (21, 15).

Луначарский довольно рано включается в общественно–политическую деятельность. Уже в седьмом классе Киевской гимназии он вступает в социал–демократическую организацию, становится пропагандистом среди рабочих железнодорожного депо и среди ремесленников в киевском предместье Соломенка. В это же время он дает свои первые статьи в гектографическую социал–демократическую газету. Министерство внутренних дел сообщало Министерству юстиции, что, «по сведениям департамента полиции, Луначарский известен своей неблагонадежностью с 1894 г.» (цит. по: 20, 587).

Четверка по поведению в аттестате, вызванная этой «неблагонадежностью», помешала Луначарскому поступить в университет в России. Поэтому по окончании гимназии в 1895 г. он уезжает в Швейцарию для продолжения образования. Поступив в Цюрихский университет, он усиленно изучает философию, историю, социологию, политическую экономию. Одновременно он увлекается анатомией, физиологией ощущений, посещая занятия Р. Авенариуса.

В этот период Луначарский продолжает изучение научного социализма. Он общается с такими деятелями российской и международной социал–демократии, как Г. В. Плеханов, П. Б. Аксельрод, Р. Люксембург и др. Будучи за границей, он получает возможность следить за рабочим движением на Западе. Все это способствовало дальнейшему укреплению его революционных взглядов и окончательно определило его жизненный путь как революционера.

Осенью 1898 г. Луначарский прибывает в Москву уже как профессиональный революционер, имея «энергичные рекомендательные письма от Аксельрода» (21, 24) к Анне Ильиничне Елизаровой–Ульяновой. Вместе с сестрой В. И. Ленина А. И. Елизаровой–Ульяновой, М. Ф. Владимирским и другими он принимает активное участие в деятельности Московского комитета РСДРП. Работа Московского комитета, проходившая в трудных условиях полицейского режима, была направлена на сплочение разрозненных социал–демократических групп, на организацию стачечных выступлений, на внесение революционного сознания в рабочие массы. Однако вскоре в результате предательства начались обыски, аресты. В ночь на 13 апреля 1899 г. был арестован Луначарский. Вначале, за неимением достаточных улик, его освободили. Однако в процессе дознания была установлена его активная роль в деятельности комитета. Поэтому 24 мая Луначарский арестован вновь и заключен в одиночную камеру Таганской тюрьмы. В период одиночного заключения, длившегося до 8 октября 1899 г., он много читает, думает, пробует свои силы в литературном творчестве.

После освобождения из тюрьмы Луначарский был отправлен на жительство под надзор полиции в Калугу. Приехав весной 1900 г. в Киев навестить свою мать, Луначарский выступил перед студенческой молодежью с докладом о популярном тогда в России норвежском писателе Г. Ибсене. Во время доклада он вместе со слушателями был арестован полицией, обеспокоенной усилением социал–демократической пропаганды среди киевских рабочих и подготовкой к первомайскому рабочему празднику. В числе арестованных оказался и будущий академик историк Е. В. Тарле, в то время магистрант Киевского университета. Арестованные, в том числе Луначарский, были заключены в киевскую Лукьяновскую тюрьму.

При обыске на месте и в квартирах арестованных были обнаружены прокламации, воззвания Киевского комитета РСДРП, другие нелегальные издания. Хотя в процессе расследования была установлена непричастность Луначарского к киевским воззваниям, власти прекрасно понимали, что в его лице они имеют дело с человеком социалистических убеждений. Об этом свидетельствует заключение прокурора Киевской судебной палаты от 11 мая 1901 г. В нем указывалось, что Луначарский «еще со школьной скамьи воспитал в себе социалистическое мировоззрение, на что указывает найденный у него номер гимназического журнала «Свободное слово» с яркой тенденциозной окраской этого направления. Дальнейшее воспитание в Цюрихском университете, вероятные связи с эмигрантами, постоянный интерес к социальным вопросам — все это несомненно развило и укрепило социалистическое направление в Луначарском, приведшее его на родине к московскому делу, по которому он обвиняется в преступлении, предусмотренном 318–й ст. Уложения о наказаниях. Таким образом, несомненно, что Анатолий Луначарский представляет собой установившуюся личность, в смысле русской государственности политически неблагонадежную, но преступной в этом смысле деятельности его к Киеву приурочить нельзя» (цит. по: 20, 598).

После освобождения из киевской тюрьмы Луначарский возвращается в Калугу, которая в то время была местом ссылки «политически неблагонадежных». Здесь находились такие деятели социал–демократического движения, как А. А. Богданов–Малиновский, В. А. Базаров–Руднев, И. И. Скворцов–Степанов. В их лице Луначарский встретил соратников и единомышленников по многим вопросам, что послужило основой тесной связи между ними.

В феврале 1902 г. Луначарский переехал в Вологду. В период своей вологодской ссылки Луначарский особенно сблизился с А. Богдановым, который в то время в политических вопросах поддерживал ленинскую позицию. Луначарский вошел в «Литературную группу», ориентировавшуюся на ленинскую «Искру», и в ожесточенных спорах с народниками, «легальными марксистами», экономистами, анархистами выступал за искровскую тактику. В это время он опубликовал серию статей, рецензий в журналах «Вопросы философии и психологии», «Образование», «Правда», сотрудничал в газете «Курьер», ярославской газете «Северный край». Основная тема его выступлений — вопросы философии, эстетики и художественной критики. В вологодской ссылке произошло событие, изменившее личную жизнь молодого революционера. Луначарский женился на сестре Богданова Анне Александровне Малиновской.

За революционную пропаганду среди ссыльных и вологодских рабочих Луначарского в феврале 1903 г. высылают в захолустный городок Тотьму. Тотемская ссылка для Луначарского была временем интенсивной творческой работы. Там были написаны первые крупные работы по вопросам эстетики — «О художниках вообще и некоторых художниках в частности», «Основы позитивной эстетики» и рецензии на произведения современной литературы. О годах ссылки, проведенных в Вологде и особенно в Тотьме, Луначарский вспоминал как о времени напряженных раздумий. Он отмечал, что наибольшего успеха в выработке миросозерцания добился именно во. время своего 8–месячного заключения в Таганке и двух лет жизни в Тотьме (см. 21, 32).

В мае 1904 г. срок ссылки истекает, и Луначарский возвращается в Киев, где начинает работать в радикальной газете «Киевские отклики». Здесь он публикует статью «Задачи театральной критики» и рецензии на спектакли киевских театров. Они были необычными для тогдашней театральной критики. Написанные с позиций революционного демократизма, они осуждали декадентство и пессимизм буржуазной драматургии и ставили важную проблему взаимоотношения искусства и революции.

Большевики давно уже заметили и оценили боевую направленность статей и выступлений Луначарского как революционера, его яркий талант пропагандиста и публициста. «Его пафосные статьи и речи были созвучны с тогдашним настроением большевиков» (6, 1, 289), — писала Н. К. Крупская. Осенью 1904 г., собирая новые литературные силы для редакции большевистской газеты «Вперед», Ленин решает привлечь к этой работе Луначарского и вызывает его через Богданова в Женеву (см. 21, 33).

В октябре 1904 г. Луначарский выезжает за границу, но по дороге в Женеву на некоторое время останавливается в Париже. Он углубленно изучает партийную литературу, связанную с борьбой большевиков с меньшевиками. Здесь, уяснив себе сущность позиций большевиков и меньшевиков, Луначарский, по его собственным словам, «окончательно определился как сторонник непримиримых большевиков» (4, 739).

В начале декабря 1904 г. Ленин приехал в Париж читать реферат о внутрипартийном положении и сам пришел к Луначарскому. Это было большой неожиданностью для Луначарского. Ленин, по воспоминаниям Луначарского, пришел рано утром и сказал ему примерно следующее: «Если вы считаете, что я приехал за вами слишком рано, то я, наоборот, считаю, что приехал слишком поздно, потому что вы здесь зря теряете время, а у нас из–за вашего промедления застопорилось дело с выходом первого номера нашего «Вперед»» (цит. по: 4, 498). Через несколько дней Луначарский уехал в Женеву и вошел в состав редакции большевистского органа партии. Так начался женевский период работы Луначарского с Лениным.

Сотрудничество и тесное общение Луначарского с Лениным начались после продолжительного заочного знакомства. «В первый раз я услышал о Ленине, — вспоминал он, — после выхода книжки «Тулина» (работы Ленина «Экономическое содержание народничества и критика его в книге г. Струве») — от Аксельрода. Книжки я еще не читал, по Аксельрод мне сказал: «Теперь можно утверждать, что и в России есть настоящее социал–демократическое движение и выдвигаются настоящие социал–демократические мыслители»» (31, 17). Много слышал Луначарский о Ленине как о человеке «прежде всего политическом» и в Киеве от Г. М. Кржижановского, который переписывался с Владимиром Ильичей и восторженно отзывался о нем.

Период совместной работы с Лениным в 1904— 1905 гг. сыграл исключительно важную роль в жизни Луначарского. Это было время, когда Анатолий Васильевич, по его словам, впервые приобщился «к настоящей большой партийной работе и к настоящей творческой партийной мысли…» (21, 90). Приезд Луначарского, его успех как докладчика и публициста укрепили позиции большевиков в борьбе с меньшевиками. Луначарский сразу проявил себя как прекрасный пропагандист идей большевизма, как талантливый оратор и полемист. Его бичующая ирония помогала разоблачать предательскую роль меньшевизма. Об этом вспоминает Н. К. Крупская: «И вот приехал в Женеву Анатолий Васильевич. Я помню, как Владимир Ильич прямо вцепился в него, как целый час они, не переставая, говорили о перспективах движения, о том, как надо бороться, как надо развернуть работу партии для того, чтобы в данное время поднять все рабочее движение на нужную высоту.

Первое впечатление, которое осталось от Анатолия Васильевича, — это впечатление борца. Приехал в Женеву товарищ, который встал рядом с Владимиром Ильичей и с небольшой тогда группой большевиков–ленинцев и весь свой талант, все свои силы отдавал на борьбу за правильную марксистскую линию, на борьбу против меньшевизма» (113, 120).

О выступлениях Луначарского Крупская писала: «У нас сейчас работа кипит вовсю. Приехал Миноносец и бросился с головой в бой. Оратор он великолепный и производит фурор»; «…сейчас настроение у пас у всех приподнятое благодаря приезду нового товарища — блестящий оратор, талантливый писатель, он буквально наэлектризовывает публику. Меньшевики рвут и мечут, устраивают скандалы…» (цит. по: 4, 609).

Революционная публицистика Луначарского в газете «Вперед» была политически оперативной и целеустремленной. В ней поднимались животрепещущие вопросы политической жизни, стоявшие перед партией в тот исторический период. Это и обличение царского самодержавия, и вопросы тактики большевиков в связи с нарастанием революционного движения в России, и проблемы внутрипартийной борьбы в социал–демократических партиях II Интернационала, и вопросы истории революционной борьбы западноевропейского пролетариата, и др.

Статьи Луначарского, опубликованные в газете «Вперед», являлись частью той большой работы, которую вела газета как орган большевиков. Газета «Вперед» возродила революционные традиции ленинской «Искры» и энергично боролась против оппортунизма меньшевиков. Она сыграла большую роль в идейном и организационном сплочении большевиков, в подготовке III съезда РСДРП, который состоялся в Лондоне 12—27 апреля (25 апреля—10 мая) 1905 г. По поручению Ленина Луначарский выступил на съезде с докладом о вооруженном восстании. III съезд РСДРП в специальной резолюции («Относительно «Вперед»») отметил «революционную инициативу» газеты в борьбе с меньшевизмом, ее «революционную чуткость», проявленную в постановке и освещении выдвинутых революционным движением вопросов тактики, выдающуюся роль в борьбе за восстановление партийности и выразил благодарность редакции газеты.

По постановлению III съезда партии был создан новый центральный орган партии — еженедельная газета «Пролетарий». Из 26 номеров газеты в 16 печитались статьи Луначарского, причем иногда по две и даже три статьи в номере. В «Пролетарии» Луначарский продолжал разоблачать меньшевизм, клеймил самодержавие, буржуазных либералов, высмеивал «блюстителей законов» — капиталистов, откликался на важнейшие современные политические события. Выполняя задание Ленина, Луначарский написал для «Пролетария» серию статей под названием «Массовая политическая стачка». В них автор подверг критике взгляды западноевропейских оппортунистов на массовую политическую стачку, показывая одновременно отношение русских социал–демократов к массовым выступлениям рабочих. Стачечное движение России, по мнению автора, — показатель се политической зрелости, а стачка — вернейшее орудие политической борьбы — ведет к вооруженному восстанию. Многие статьи Луначарского, написанные на злободневные политические темы, затем издавались отдельными брошюрами. Так, по предложению Ленина Луначарский в конце 1904 г. начал писать серию статей, посвященных борьбе пролетариата за политическую свободу в период Великой французской революции, эти статьи под общим названием «Очерки по истории революционной борьбы европейского пролетариата» печатались без подписи в газетах «Вперед» и «Пролетарий». По совету Ленина Луначарский из этой серии статей подготовил отдельную брошюру, которая вышла без указания автора в Женеве в 1905 г.

В связи с ухудшением здоровья Луначарский летом 1905 г. уезжает в Италию. Ленин поддерживает с ним связь. В одном из писем Ленин говорит ему: «Вы писали: ущерба от моего отсутствия из Женевы не будет, ибо пишу много и издали. Это так, что пишете много… Но ущерб–то не только есть, но громадный ущерб, который яснее ясного чувствуется с каждым днем. Личное воздействие и выступление на собраниях в политике страшно много значит. Без них нет политической деятельности… Борьба за партию не кончилась, и до действительной победы ее не доведешь без напряжения всех сил…» (2,47, 54). Ленин постоянно привлекал Луначарского с его публицистическим талантом к разоблачению меньшевистских выступлений.

В августе 1905 г. Ленин пишет Луначарскому, что надо бы «осветить грубую ложь, поймать ее так, чтобы вывернуться было невозможно… Материалу теперь новоискровцы дали массу, и если бы тщательно обработать его, осветить эти паскудные приемы сплетни, наушничества… — то могла бы выйти сильная вещь… могли бы сделать это только Вы. Невеселая работа, вонючая, слов нет, — но ведь мы не белоручки, а газетчики, и оставлять «подлость и яд» незаклейменными непозволительно для публицистов социал–демократии» (там же, 58). В другом письме Ленин, приветствуя план работы Луначарского «Три революции», напоминает ему о содержании совместной брошюры против меньшевиков: «Пригвоздите их за их мизерныйспособ войны. Сделайте из них тип. Нарисуйте их портрет во весь рост по цитатам из них же. Я уверен, это у Вас вышло бы…» (там же, 63). В ответ на письма Ленина о создании критических портретов типов меньшевиков и либералов Луначарский сообщает о посылке баллады «Два либерала», в которой метко высмеивалась политика лидеров кадетов Трубецкого и Петрункевича. Ленин одобрительно отнесся к «балладе», напечатав ее в «Пролетарии».

Женевский период работы Луначарского под руководством Ленина продолжался около года. Женева сыграла «свою яркую роль в истории моей жизни», и притом как раз «в важнейшей части жизни — жизни политической» (21, 96), —писал впоследствии Луначарский. За период работы в газетах «Вперед» и «Пролетарий» Луначарский прошел замечательную ленинскую школу революционной публицистики, во многом сформировавшую и направившую его литературный талант. Ленин ценил в Луначарском одаренность, эрудицию, его умение быстро откликаться на сложные явления современности, облекать свои выступления в яркую литературную форму. Ленин помогал Луначарскому товарищескими советами и дружеской критикой, стараясь развить сильные стороны его революционно–публицистического таланта. Редактируя многие статьи Луначарского, Ленин обогащал их идейно и теоретически, добивался принципиальности, четкости и ясности формулировок, придавал статьям глубокий политический смысл.

В октябре 1905 г. в Женеву пришли вести о революционных событиях в России. Ленин, большевики, в том числе и Луначарский, поспешили на Родину. Придавая исключительное значение печати, особенно в период «революционного вихря», Ленин собрал вокруг газеты «Новая жизнь» лучшие литературные силы партии — выдающихся публицистов М. С. Ольминского, В. В. Воровского, А. В. Луначарского, В. Д. Бонч–Бруевича и др. Ленин писал Плеханову, что самой широкой трибуной воздействия на пролетариат является питерская газета.

В Петербурге Луначарский сразу же оказывается в гуще политической борьбы и с головой уходит в революционную работу. На страницах первой легальной большевистской газеты «Новая жизнь» он отстаивает тактическую линию большевиков, призывает рабочих к вооруженному восстанию, разъясняет ленинскую теорию перерастания буржуазно–демократической революции в революцию социалистическую.

С апреля 1906 г. Луначарский совместно с М. Ольминским и В. Воровским работает в другой большевистской газете — «Волна», а после ее закрытия переходит в новые легальные издания, редактировавшиеся Лениным, — газету «Вперед» и сменившую ее «Эхо». Одновременно он сотрудничает в социал–демократических изданиях «Вестник жизни», «Образование» и «Современный мир». В этот период Луначарский активно работает в большевистской группе, много выступает с рефератами, лекциями, докладами, ведет широкую революционную пропаганду среди рабочих и студентов.

После разгрома Московского восстания революция пошла на убыль. Реакция развернула охоту за революционерами. В канун 1906 г. на одном из собраний Луначарский был арестован царской охранкой и брошен в тюрьму, где просидел месяц.

Революционная обстановка в стране требовала единства действий пролетариата, преодоления раскола в партии. К работе по подготовке объединительного съезда РСДРП Ленин привлекает и Луначарского, который вместе с Лениным и В. Базаровым вошел в редакцию объединенного центрального органа партии — «Партийные известия». Луначарский, будучи делегатом–большевиком, принимал активное участие в работе IV съезда партии. По поручению Ленина Луначарский выступил на съезде с речью против Плеханова, занимавшего оппортунистическую позицию в вопросе о вооруженном восстании. Он выступил также с защитой ленинской аграрной программы, которая предусматривала национализацию земли и против которой ополчились меньшевики.

Сложная политическая обстановка в России, преследование за революционную деятельность * вынуждают Луначарского в феврале 1907 г. эмигрировать.

* В 1906 г. против Луначарского было возбуждено несколько дел в Главном управлении по делам печати и в Цензурном комитете. Так, он обвинялся за написание статьи «К характеристике текущего момента», в которой было усмотрено «преступное направление мыслей» против «самодержавного образа правления, подвергаемого автором крайне дерзкому порицанию и подлежащего, по его утверждению, упразднению путем государственного переворота, с заменой его демократической республикой…» (цит. по: 20, 555). Обвинялся Луначарский и за написание предисловия к русскому изданию брошюры К. Каутского «Русский и американский рабочий», в котором он «оказал дерзостное неуважение Верховной власти, порицая образ правления, установленного Российскими основными законами, и возбуждал к бунту» (там же). В 1907 г. за редактирование и послесловие к брошюре А. Лабриолы «Реформизм и синдикализм» против Луначарского было возбуждено повое судебное дело.

В августе 1907 г. Луначарский как делегат большевистской фракции принимает участие в работе международного социалистического конгресса в Штутгарте. Он участвует в комиссии по вопросу о взаимоотношениях профессиональных союзов и партии рабочего класса, где отстаивает ленинскую позицию (см. 2, 16, 91). Во время последнего их разговора в Штутгарте Ленин, поручив Луначарскому ряд конкретных партийных заданий, предложил ему выполнять «роль главного идейного агента за границей и постоянного с<отрудни>ка ЦО…» (4,625). Попоручению Ленина Луначарский написал брошюру о Штутгартском конгрессе — «Об отношении партии к профессиональным союзам». Брошюра была одобрена Лениным. В письме к Луначарскому он писал: «Вашу брошюру о Штутгарте прочел всю… По–моему, очень хорошо у Вас вышло, и все товарищи были очень довольны брошюрой» (4, 36).

Поражение революции 1905—1907 гг. и наступившая жестокая реакция угнетающе действовали на часть революционной интеллигенции. Это сказалось и на политической деятельности Луначарского. При всем своем искреннем стремлении найти правильную позицию в условиях угасания революционной активности масс он все же допускает ряд глубоких ошибок, отступает от ленинского ядра партии в ряде принципиальных политических и идеологических вопросов. Не поняв новых задач партии в период реакции, Луначарский становится на позиции отзовистов, призывавших партию к отказу от использования всех легальных форм работы. Начиная с 1908 г. Луначарский, тесно сблизившись с А. Богдановым, становится активным участником фракционной группы «Вперед», проповедовавшей сектантские идеи «левого коммунизма».

В отношениях Ленина с Луначарским наступил длительный разрыв, порожденный идейными и политическими ошибками Луначарского. В статье «О фракции сторонников отзовизма и богостроительства», написанной летом 1909 г., Ленин объявил самую решительную и непримиримую борьбу ее представителям, в числе которых находился и Луначарский, тогда еще не осознававший своей неправоты. Несмотря на острую критику ошибочных философских и политических взглядов Луначарского, Ленин все же сохранял уверенность, что он искренне предан делу революции и поэтому сумеет преодолеть серьезные заблужения. «Луначарский вернется в партию, — говорил Ленин Горькому, — он менее индивидуалист, чем те двое (Богданов и Базаров. — О. П.)» (5,308). Ленин, как вспоминает Крупская, очень хорошо относился к Луначарскому и был к нему «порядочно–таки пристрастен даже во время расхождения с впередовцами» (6, 1, 298). Ленин вел активную борьбу за Луначарского, стремился отстоять его для партии. Поэтому он не исключал возможности сотрудничества с Луначарским в большевистской газете «Пролетарий». Ленин горячо поддержал проект беллетристического отдела в газете, составленный Луначарским: «Очень рад, что за «Пролетарий» Вы беретесь. Необходимо это крайне… Смотрите же, не забывайте, что Вы — сотрудник партийной газеты, и окружающим не давайте забывать» (2, 47, 154— 155).

В августе — сентябре 1910 г. состоялся Копенгагенский конгресс II Интернационала, где после длительного перерыва вновь встретились Ленин и Луначарский. На конгрессе по многим вопросам Ленин и Луначарский, представлявший «впередовцев», выступали совместно. Луначарский по поручению большевиков был их представителем в комиссии по рабочим кооперативам.

В 1911 г. Луначарский переезжает в Париж. Он работает в качестве постоянного корреспондента русских либеральных газет «Киевская мысль» и «День», еженедельника «Театр и искусство», сотрудничает в других журналах, выступая со статьями, содержащими анализ западноевропейской культуры. В эти годы Луначарский читает много лекций по истории литературы и искусства, в том числе в партийной школе в Лонжюмо, руководимой Лениным. В 1912 г. Луначарский организует в Париже кружок русских рабочих писателей и поэтов, из которого вышли активные участники пролетарского литературного движения— М. Герасимов, А. Гастев, Ф. Калинин, П. Бессалько и др.

Уже к 1912 г. во взглядах Луначарского намечается перелом в сторону сближения с ленинцами. Отходу от группы «Вперед» способствовало и наличие глубоких разногласий среди членов группы, что привело к ее расколу. Письмо о расколе, подписанное Луначарским, было передано Ленину, сделавшему на конверте надпись: «Важно! Лунач<арский>vers<us>Алекс<инского>» (цит. по: 4, 632). Ленин отметил выступление Луначарского против Алексинского как свидетельство раскола группы и неизбежности ее краха. В статье «Об А. Богданове» Ленин писал: «Это просто факт, подтвержденный полным развалом группы «Вперед». Как только возродилось рабочее движение, эта группа, склеенная из разнородных элементов, без определенной политической линии, без понимания основ классовой политики и марксизма — разложилась без остатка» (2, 24, 341).

Накануне первой мировой войны Луначарский ищет еще большего сближения с Лениным, большевиками и становится сотрудником газеты «Правда». «Я очень рад, — писал Ленин А. М. Горькому в январе 1913 г., — что нашлась дорога к постепенному возврату впередовцев именно через «Правду»…» (2, 48, 141). Он прекрасно понимал всю сложность процесса выравнивания идейных и политических позиций и считал, что «именно в интересах прочного сближения надо теперь идти к нему медленно, осторожно… осторожный, опытом проверяемый, возврат впередовцев от махизма, отзовизма, богостроительства может дать чертовски многое» (там же).

Начавшуюся империалистическую войну и вызванный ею социал–шовинизм Луначарский встретил с глубоким осуждением и занял интернационалистическую позицию. Он одним из первых выступил против «псевдопатриотизма» Плеханова, против предательства лидеров II Интернационала. В годы войны Луначарский написал и опубликовал много статей, в том числе и в русских либеральных газетах «Киевская мысль», «День». В своих публикациях он разоблачал и клеймил империалистическую политику буржуазных государств, названную им «вакханалией бессовестного хищничества», и выступал за создание нового Интернационала. Однако Луначарский не сразу встал в ряды ленинцев. В ходе дискуссии по национальному вопросу — первое время с Д. 3. Мануильским — он даже выступал против позиции Ленина. Однако положение изменилось, когда в конце 1915 г. Луначарский переехал из Парижа в Швейцарию, где работал Ленин. Здесь под влиянием Ленина его позиция во многом исправляется, «выравниваясь под необыкновенно четкую, смелую линию, какую вел Ленин» (33, 9). Процесс сближения с ленинцами продвинулся настолько, что после Февральской революции, в марте 1917 г., Луначарский обратился к Ленину с предложением провести совещание с женевскими «впередовцами» для определения совместных действий. Ленин отверг это предложение, но ответил, что «просто переговорить нам с Вами, без всяких формальных совещаний, я был бы очень рад и считал бы это для себя лично (и для дела) полезным» (2, 49, 411).

Возвратившись из эмиграции 9 (22) мая 1917 г., Луначарский сразу же развернул активную агитационно–пропагандистскую работу, направленную на свержение Временного правительства, на установление власти Советов. Уже 22 мая он выступил против Керенского в Петроградском Совете рабочих и солдатских депутатов. Луначарский был в самом центре июльских событий 1917 г. Вечером 2 июля он вместе с другими большевиками выступил на митинге, организованном большевиками 1–го пулеметного полка. Выступавшие резко осудили внутреннюю и внешнюю политику Временного правительства, выразили протест против расправы с революционными солдатами на фронте. Резолюция, требовавшая перехода всей власти к Советам, была одобрена (см. 17, кн. 1, 323). 4 июля Луначарский вместе с Лениным и Свердловым выступал с балкона дворца Кшесинской перед демонстрантами, проходившими бесконечным потоком по улице. 22 июля 1917 г. Луначарский был арестован Временным правительством по обвинению в государственной измене и посажен в тюрьму «Кресты».

После кровавого разгрома мирной июльской демонстрации и перехода власти в руки контрреволюционной буржуазии создалась новая политическая обстановка. Перед партией встал вопрос о выработке новой тактики. С этой целью был созван VI съезд РСДРП (б). Луначарский, находившийся в это время в тюрьме, в работе съезда участия не принимал. Однако по предложению Я. М. Свердлова после В. И. Ленина почетным председателем съезда был избран вместе с другими и Луначарский.

После выхода из тюрьмы Луначарский вновь с головой уходит в революционную работу. Почти ежедневно он выступает на фабриках и заводах, в военных казармах и на массовых митингах в цирке «Модерн». Это было, по определению Луначарского, «золотое время митингов». Послушать одного из популярных трибунов революции шли тысячи рабочих, солдат, служащих и даже городских обывателей. «Теперь моя нормальная аудитория — 4000 человек», — писал Анатолий Васильевич жене в Швейцарию.

Решением ЦК партии от 20 августа 1917 г. Луначарский был назначен заведующим литературным отделом большевистской газеты «Пролетарий» и введен в состав редакции журнала «Просвещение» (см. 11, 26—27). В тот же день Луначарский был избран в Петроградскую городскую думу, куда он был выдвинут решением ЦК партии (см. там же, 41). Работая в Петроградской городской думе в роли товарища городского председателя по культурным вопросам, Луначарский все свои усилия направлял на укрепление большевистской фракции в думе, вел широкую агитационную работу.

В период корниловщины, когда нависла угроза над революционным Петроградом, Луначарский вместе с Ф. Э. Дзержинским работает в большевистском комитете самообороны Петрограда. Он активно участвует в мобилизации верных революции рабочих, матросских и солдатских отрядов на разгром корниловского мятежа, пишет листовки, которые разбрасываются с самолета над корниловскими частями.

После провала корниловского мятежа главной партийно–политической работой Луначарского, выполнявшего задание ЦК и Петроградского комитета, стало разоблачение предательства Временного правительства Керенского. Он в качестве большевистского оратора ежедневно по нескольку раз обходил казармы и фабрики и произносил свои яркие речи, направленные против «правительства общественной обороны». На один из митингов на казенном Обуховском военном заводе добрался в битком набитом паровике Джон Рид. Вот как он писал об этом в своей знаменитой книге «10 дней, которые потрясли мир»: «Луначарский — худощавый, похожий на студента, с чутким лицом художника — объяснял, почему Советы должны взять власть. Только они могут защищать революцию от ее врагов, сознательно разрушавших страну, разваливающих армию, создающих почву для нового Корнилова» (116, 47). Все предоктябрьские дни Луначарского были переполнены агитацией и организаторской работой по подготовке вооруженного восстания. «Никогда ни до, ни после, — вспоминал Луначарский, — не приходилось мне жить такой кипучей жизнью. Откуда только брались силы!» (4, 742).

В дни Октябрьской революции Луначарский был в распоряжении Петроградского военно–революционного комитета и выполнял его поручения. На историческом заседании II Всероссийского съезда Советов Луначарский в своей речи заклеймил покинувших съезд правых эсеров и меньшевиков, показав, что тем самым они открыто перешли в лагерь контрреволюции. Луначарский, избранный в президиум съезда, оглашает написанное Лениным воззвание «Рабочим, солдатам и крестьянам!» о свержении Временного правительства и переходе всей власти в руки Советов. Вспоминая великую ночь Октябрьского переворота, Луначарский писал: «Кто пережил это, тот никогда этого не забудет, для того Смольный останется центром его жизни» (21, 174).

Comments