Предисловие

В исторический период, предшествовавший Октябрьской революции, на арене эстетической мысли выступает ряд блестящих талантов — сподвижников и учеников B. И. Ленина: А. В. Луначарский, В. В. Воровский, C. Г. Шаумян, М. С. Ольминский. В их творчестве марксистская эстетическая традиция находит свое новое развитие, делается шаг вперед в эстетическом освоении мира. Вместе с тем в их творчестве оказались восприняты и переосмыслены и лучшие национальные традиции материалистической эстетики прошлого.

В этой замечательной плеяде ученых–революционеров выделяется исключительно яркий талант Анатолия Васильевича Луначарского.

Народный комиссар просвещения Советской республики, соратник Ленина, один из виднейших идеологов нового общества — таким был Луначарский в сознании своих современников, поколения, совершившего великую революцию и заложившего фундамент социализма в нашей стране. К советскому времени относится и наиболее плодотворный период в творческой деятельности Луначарского — теоретика и критика искусства.

Путь Луначарского к марксизму–ленинизму и большевистской партийности был сложен, его колебания и ошибки на этом пути давно получили печальную известность. И речь идет не о том, чтобы забыть их: поиски новых путей чреваты ошибками.

Процесс выработки новой, передовой идеологии — процесс не только радостный и светлый, но и мучительный, иногда зигзагообразный, подчас срывающийся в повторение прошлого, даже в какие–то частные совпадения с реакционными тенденциями (как это было в «примирительный» период у Белинского, к примеру), но все–таки неуклонно пробивающийся сквозь предрассудки и заблуждения. И по праву, данному историей, Луначарский мог сказать о себе и своем поколении: «Как ни много шлаков и ошибок в том, что мы сделали, — мы горды нашей ролью в истории и без страха отдаем себя на суд потомства, не имея ни тени сомненья в его приговоре…»1.

Правда, одно время казалось, что история поссорилась со справедливостью в вопросе о наследии Луначарского. Следствием этого явилось то, что мы сейчас знаем о Луначарском значительно меньше, чем нам хотелось бы знать. И если мы теперь уже несколько более правильно оцениваем роль и место Луначарского в строительстве новой культуры, то имя Луначарского — критика и теоретика искусства — еще не вполне заняло свое место.

В самом характере дарования этого человека, характере страстном, порой утонченном и мятущемся, выразились некоторые существенные черты эволюции целого поколения русской интеллигенции. Речь идет о людях, для которых стремление помочь своему народу в его борьбе за свободу явилось тем компасом, который через все бури и ненастья истории, через все закоулки их собственного интеллигентского индивидуализма привел их к осознанию своего места в жизни. В эпоху пролетарской революции такое понимание истории, такое осознание своего места и роли в ней мог дать только марксизм.

Луначарский оставил огромное наследие. Особенно много написано им в послеоктябрьский период, когда его внимание оказалось почти целиком сосредоточенным на вопросах искусства. Сборники новых работ Луначарского, переиздания старых, дореволюционных, появляются в двадцатые, тридцатые годы нашего столетия буквально один за другим. Художественно–критические статьи, работы по вопросам эстетики, этики, истории философии, исследования в области истории литературы и других видов искусства, брошюры, посвященные различным проблемам строительства социалистической культуры, — вот тот диапазон писательской деятельности Луначарского, с которым был знаком читатель тех лет.

Следует сказать, что наряду с работами, которые и в дальнейшем переиздавались, Луначарским в то же время пишутся и методологически сложные, острые и порой противоречивые статьи, очень скоро вслед за тем становящиеся своего рода библиографической редкостью. Это–то обстоятельство, видимо, во многом и содействовало тому, что отбор выступлений Луначарского для новых переизданий все более и более суживался, сведясь в конце концов лишь к немногим работам, выходящим с большими купюрами2.

Это стремление к апробированности привело впоследствии к своеобразной адаптации творческого наследия Луначарского. Сборники работ Луначарского предвоенного времени все более представляли нам его таким, каким он не был.

Между тем накопленный нашей наукой значительный опыт в изучении домарксистской эстетической мысли, а также определенные сдвиги в разработке проблем эстетики создают, наконец, необходимые методологические предпосылки для того, чтобы приступить к серьезному и последовательному изучению богатейшего наследия марксистских эстетиков и критиков.

Отсутствие достаточно серьезных капитальных трудов, посвященных эстетическим взглядам и художественно–критической деятельности Г. В. Плеханова, В. В. Воровского и А. В. Луначарского, делает невозможной научную разработку истории советской эстетики и художественной критики.

Что касается Луначарского, то здесь следует отметить как весьма отрадное явление выход за последние годы нескольких содержательных сборников его статей по различным вопросам искусства3.

Однако в целом изучение творческого наследия Луначарского находится еще в стадии, которая должна быть охарактеризована как подготовительная4.

Творческое наследие Луначарского огромно. Сфера интересов этой, по ленинскому выражению, «наредкость богато одаренной натуры»5 поразительно многогранна. Около полутора тысяч статей написано Луначарским по различным вопросам искусства и литературы6. Все это богатство еще не собрано, не систематизировано, не изучено, многое плохо сохранилось и плохо сохранялось, многое где–то затерялось, остается в забытых стенограммах. Текстологи еще не прикасались к страницам, подписанным именем Луначарского. Между тем именно с этой работы, быть может, и следовало бы начать серьезное освоение его наследия. Дело в том, как пишут составители одного из последних сборников работ Луначарского, что он «почти никогда не писал свои работы; у него, прирожденного оратора, процесс литературного творчества был тесно связан с произнесением мысли вслух. Поэтому он предпочитал диктовать свои статьи другому лицу, записывающему стенографически, на пишущей машинке или даже от руки. Часто он не находил времени для проверки этих записей; обычно он поручал это своим личным секретарям (в 1922–1923 годах В. Д. Зельдовичу, с 1923 по 1933 год И. А. Сацу), а сам ограничивался последующим беглым прочтением. Статьи, печатаемые в повременных изданиях немедленно после записи, нередко редактировались сотрудниками газеты или журнала»7. Отсюда очень частые смысловые ошибки в работах Луначарского, издававшихся в первые послереволюционные десятилетия.

Настоящая работа не является монографией по своему типу. Это очерки, посвященные эстетическим и художественно–критическим взглядам Луначарского в их наиболее существенных аспектах.

Жанр предлагаемой работы извиняет известную избирательность привлекаемого материала. Автор не претендует на исчерпывающую характеристику каждой из анализируемых работ Луначарского и на последовательное изложение эволюции воззрений последнего.

Цель данной книги — познакомить читателя хотя бы в самых общих чертах с наиболее важными положениями эстетики Луначарского, с наиболее характерными чертами его художественно–критического метода, указав при этом на основные этапы творческой эволюции этого оригинального мыслителя. Главное внимание автор работы считает необходимым уделить деятельности Луначарского в советское время.

В этой связи первый раздел, посвященный творческой деятельности Луначарского в досоветский период, в основном исчерпывается изложением его идейных исканий, и в нем не рассматриваются характерные особенности критической деятельности Луначарского. Общей характеристике идейно–эстетической позиции Луначарского по наиболее значительным вопросам в эпоху Октябрьской революции посвящена вторая глава книги. Анализ художественно–критического метода Луначарского и рассмотрение некоторых существенных сторон его эстетических воззрений занимает всю вторую ее половину.

Думается, что такое распределение материала отвечает задаче, поставленной автором, и смыслу творческой биографии самого Луначарского.

Основой для данной книги послужили статьи, написанные автором о различных сторонах деятельности Луначарского, опубликованные в московских журналах в 1958–1960 годах.

Вынося настоящую книгу на суд читателя, автор хотел бы расценивать ее как начало той систематической коллективной работы по овладению наследием Луначарского, которая, несомненно, должна будет развернуться в дальнейшем.

1961, февраль.


1 А. В. Луначарский, Статьи о литературе, М., Гослитиздат, 1957, стр. 301.

2 Надо сказать, что и купирование в данном случае претерпело известную эволюцию. Так, если в сборнике «Критика и критики», составленном известным советским литературоведом Н. Ф. Бельчиковым, необходимость «небольших сокращений» в целом ряде работ Луначарского мотивировалась хотя бы тем соображением, что их «несомненно ввел бы сам Анатолий Васильевич при новом издании своих статей», то уже в сборнике «Русская литература» (1957) тот же составитель просто ставил в известность: «В тех случаях, когда в тексте сделаны сокращения редакционного характера, ставится многоточие…».

3 Двухтомному сборнику «А. В. Луначарский о театре и драматургии» предпослана обстоятельная и вполне объективная статья А. Дейча, а сборнику А. В. Луначарский «В мире музыки» — интересное предисловие И. Саца.

4 Тут следует выделить ряд содержательных работ И. А. Саца, освещающих отдельные стороны эстетических воззрений и некоторые черты художественно–критического метода Луначарского. Существенным подспорьем для интересующихся творчеством Луначарского может явиться труд А. Кривошеевой, не свободный, однако, от оттенка методологической наивности и страдающий описательностью.

Из числа последних работ о Луначарском следует указать на статью С. А. Малахова в «Истории русской критики». Эта работа написана в целом с методологически убедительных позиций, хотя и дает лишь самую беглую характеристику эволюции Луначарского–критика.

Остальные работы, претендующие на обобщенную оценку эстетических или художественных взглядов Луначарского, имеют теперь лишь исторический интерес и почти совсем неизвестны широкому читателю.

5 См. «В. И. Ленин и А. М. Горький. Письма. Воспоминания. Документы», М., изд. Академии наук, 1961, стр. 254.

6 См.: А. Кривошеева, Эстетические взгляды А. В. Луначарского, М.—Л., «Искусство», 1939, стр. 137.

7 А. В. Луначарский, В мире музыки. Статьи и речи, «Советский композитор», М., 1958, стр. 3.

8 В. И. Ленин. Соч., изд. 4, т, 14, стр. 8.

Comments